Пектораль

Видно было, что строительство ещё продолжалось, стены ещё не были выведены до своей настоящей длины, крепостные ворота не закончены. Но уже было понятно, что скоро город Атея будет представлять внушительную силу. 

 Чего же было теперь ожидать  племенам, подвластным народу царских скифов? Ближайшее будущее вырисовывалось перед Таксарисом вполне отчётливо. Об этом он думал, въезжая в город царских скифов. 

 Чтобы не было на уме у самого Атея, он радушно встретил гостей. Ведь пришло время решить спор, заключённый на новогоднем празднике.

 Посмотреть на это собралось всё население новорожденного города. Народу было любопытно поглядеть, кто же выиграет в споре царей. 

 Собралось и всё окружение царя всех скифов. Верховный жрец переминался за спиной у Атея, переживая, что не он будет главным в этом действе. Никто не сводил глаз с царей, и Борака, который стоял рядом с ними. 

- Вот удивительная драгоценность, которую сделали мои мастера! Я выполнил условия нашего спора! – С этими словами Атей протянул ему золотую гривну.

– Я дарю её тебе. Посмотри, признаёшь ли ты, что это действительно потрясающая работа?

 Таксарис наклонился, рассматривая гривну. Сейчас вся свита пыталась заглянуть ему через плечо, едва не толкая своего вождя. Подарок Атея был дорог даже для царя. Гривна была действительно прекрасной драгоценностью. Таксарису оставалось лишь признать это вслух. 

- Отлично! – Воскликнул верховный жрец, который протиснулся к ним.

– Поглядите, какая тонкая работа! Здесь изображено всё, во что завещали нам верить предки! Внизу – подземный мир, царство мёртвых. Посередине – земля, вся в цветах. А наверху – высший мир, в котором вместе с богами пребывают первые цари скифов! Это замечательно! Видите, как правильны наши священные обычаи!

 Все ждали от Таксариса только одного ответа. Сам же Таксарис вспомнил о событиях далёкого прошлого. Пренебрежение родными обычаями дорого обходилось скифским царям.

Двое лишилось жизни из-за отступничества от родной веры. Хотя это был всего лишь предлог избавиться от соперников, но в борьбе за власть не щадили даже родных братьев. Скажи сейчас Таксарис, что не согласен, что не признаёт изображение скифских обычаев самой замечательной драгоценностью, возможно, и он бы повторил судьбу казнённых царей.

 Оставалось соглашаться, да ещё и следовало выторговать большую долю добычи от предстоящего похода.