Пектораль

 

 Но ближайшее окружение Атея и его охрана несказанно удивились бы, узнай о том, что они отправились в путь без всякой определённой цели. Царю  просто необходимо было подумать. 

 Там, в городе, который строился по приказу Атея, ему никак не удавалось отвлечься от каждодневных забот. Тысяча неотложных дел, множество вопросов, которые требовали немедленного разрешения, не оставляли ему свободного времени.  

 Он же задумал неслыханное до сих пор в скифских степях – построить города, не меньше городов эллинов.

Они должны были стать надёжной защитой Скифии.  Через новые города должна была пройти торговля между скифами и их соседями. 

 Хотя это и был значительный замысел, которого ранее, и представить себе никто не мог, Атей не был им доволен. Ему казался недостаточным размах задуманных им дел. Те тридцать с небольшим лет, которые он прожил на свете, требовали куда большего.

 Атей выехал на вершину холма и огляделся вокруг. Там, вдалеке он увидел море.

Вот он берег Понта Эвксинского!

 Он махнул рукой охране, приказывая им оставаться внизу. А сам стоял на холме, всматриваясь в серо-голубую морскую гладь. Здесь заканчивались скифские степи и власть кочевников над их бесконечным простором. Именно на этом  месте заканчивалась и власть самого Атея, царя всех скифов.

 Он долго смотрел на зимнее море, а в своём воображении видел эллинские города, что стояли на берегах Понта Эвксинского.  Ольвия, Херсонес, Пантикапей, Фанагория и множество других эллинских поселений, которые появились здесь двести лет назад.

 

 Приезжие эллины называли свои города цветной  каймой по краю тёмного варварского плаща. А для скифского царя они были как трещина в кувшине – сколько воду в него не лей, вытечет вся до последней капли. 

 Через прибрежные города сейчас проходила торговля между скифами и Элладой. Каждому известно, что купцы не сеют хлеб, не куют оружие, а ходят в золоте.

Торговать всегда прибыльнее, чем заниматься ремеслом. Потому в городах и оставалась большая часть прибыли от торговли. 

 Атей представил себе огромную скифскую степь, прибрежные города, а за ними, далеко на юге – богатые азиатские и эллинские земли. Теперь ему всё стало ясно. Из городов в скифской степи на юг никак не попасть. Работа, которую он начал, оказалась всего лишь началом, первой ступенью к осуществлению невиданных планов.