Книга третья: Лабиринты

- Да кому «им»?! Сколько дней мне морочат голову, не говоря, кто «Они»?- Скорее всего мне передалось возбуждение того мужчины в дверях, так что нервы мои были натянуты и готовы, оборвавшись, сбросить меня в озеро истерики. Оливия взяла меня за руку.

- Отец, он сможет её уничтожить, выключить, вывести из строя?

- Ты не понимаешь, что это уникальное устройство? Мы сможем остановить весь этот хаос, который начинается на Земле! Больше ничего подобного мы не сможем отыскать. Это последний из доступных нам артефактов.

– Альфред чуть не перешёл на крик.

- Если не получится, и это – она отпустила мою руку и подошла к столу, - попадет к ним в руки, спасать будет нечего и некого. Ты знаешь это не хуже меня.

- Я вам ещё раз повторяю, я не прикоснусь к ней и пальцем. – Они оба просто игнорировали меня, глядя друг другу в глаза. В конце концов, приняв беззвучное решение, они обернулись ко мне. Альфред взял шкатулку и подошёл ко мне.

- Генрих, ты должен уничтожить её. Ты был прав, и Оливия права.

Вы оба мудрее всех нас вместе взятых. Уже не единожды человечество доказывало, что из всего можно сделать оружие. Возьми его в руки, а дальше поймёшь, как его уничтожить.

- Найдите другой способ. Вы что не слышали меня? – Оливия снова взяла меня за руку.

- Неужели Джинджер была смелее тебя? Этого просто не может быть.

- Джин не знала, что с ней будет, а когда узнала, сомневаюсь, что у неё было желание повторять это! – Они молча смотрели на меня. В полном молчании мы простояли около минуты, пока не послышались шаги в коридоре.

Принимать решение, убегать, или сделать то, о чем они просят, надо было сейчас же. – Ладно! Ладно, давай её сюда!

От прикосновения шар стал красным, словно его только что вытащили из печи кузнеца. Помня, что случилось с Джин, я всеми силами постарался сохранить сознание здесь и сейчас. Шар продолжал раскаляться, став почти белым. Боковым зрением я видел, что у Альфреда и Оливии нет никакой реакции на происходящее.

Либо они не видят, либо они уже привыкли к этому. «Нет, скорее всего не видят». В момент, когда шар раскалился до такой степени, что в мою ладонь стала передаваться появившаяся дрожь, я инстинктивно, мысленно, приказал шару раскрыться. Части, из которых было собрано устройство, и которые, казалось, соединены так крепко друг с другом, внезапно разошлись, обнажив нутро шара и повиснув вокруг невидимого центра, словно удерживаемые магнитным полем.