Дом, который построил Джек

А кроме магов никто и не заметил, что они спрятались за стеной отвлекающего и звукопоглощающего заклинания. Весьма популярный одноразовый амулет для влюбленных, стоит немало, но и спрос уже второй сезон превышает предложение.

– А я-то хотела посмотреть на иссякший источник… – некромантка нахмурилась. – спорю, один из них где-то под домом и явно стал активным. Это же интересно. Уникальное явление! Я такое пропустить не могу! И не уговаривай! Да и по лесу интересно прогуляться.

Между тем мистер Браун разворачивал пантомиму, как Бран на смертном одре улыбнулся, собрал все силы и магию, и приказал соратникам отрезать ему голову.

А сам сплел удивительное по своей силе заклинание, сделав часть себя мощным артефактом, способным охранять свои земли от чужеземных набегов.

Вдруг Миранда принюхалась и поморщила носик.

– Чем от тебя так… воняет? Чистящее заклинание и … спирт? Ты с каких это пор увлекаешься алкоголем? – и пояснила для Кристабель. – Магам строго не рекомендуется алкоголь, курение и все такое прочее, что ослабляет контроль сознания над силой.

И чем сильнее маг, тем строже запрет. Иногда и до принудительной блокировки доходит, но редко.

– Я теперь считаю, – процедил помрачневший Оскар. – Что некоторых слушать не нужно, а сразу блокировать и все. Вплоть до атрофирования вкусовых рецепторов.

-Что ж ты так свое мнение поменял, гуманный ты наш? – удивилась некромантка.

Барон в нескольких словах рассказал про чаепитие с хозяевами и подозрительное поведение Джека Ленгфорда.

Закончил он признанием, что ни разговор о его состоянии, ни попытка банально выкрасть флягу с бренди не увенчались успехом.

На вопросы лорд Ленгфорд отшучивался и искренне не понимал, чего же добивается от него столичный гость. Если это не касается покушения на жизнь и здоровье его обожаемой женушки, то стоит ли обсуждать такие пустяки. Хотя обмолвился, что ему не нравится поведение своего сына и он не удивится, если за странностями в семействе стоит именно Эдуард.

Мол, столичная жизнь развращает.

Алкоголь маг решил попросту вытащить из кармана, вспомнив некоторые подробности своей студенческой биографии. И плоская серебристая фляга послушно выпала из кармана, проскользнула по ковру, дождалась своего часа под креслом, когда джентльмены закончат пустую беседу и разойдутся. Но когда Оскар попытался ее открыть, то словно кто-то толкнул под руку, и дурнопахнущая жидкость пролилась на вечерний смокинг.