Эта холодная ночь

Дремоту Клигана словно рукой сняло.

— Совсем спятила? — вскинувшись, прорычал он. — Схватка с обледеневшим уродом повредила тебе мозги? Твой брат первым лишит меня головы и подвесит на крюк, как кусок свежей баранины, когда узнает, что я посмел ночевать с тобой в одной койке.

Арья Старк в ответ на его исполненную гнева тираду лишь усмехнулась.

— Моего брата тут нет, как и кого-либо ещё из его окружения, — резонно заявила она, скрестив руки. — Зато есть треклятый холод, который за ночь проберёт до костей нас обоих.

Сандор честно постарался не пялиться на проступившие очертания девичьей груди под рубашкой.

— Предупреждаю в последний раз, девочка: заткнись и ложись спать зубами к стене, — пригрозил Клиган, дёрнув край куртки. — И чтобы до рассвета я не слышал твоей возни.

Далее он снова устроился спиной к камину, сердито поскрёб подбородок и с едва слышным вздохом прикрыл глаза. Со стороны кровати больше не доносилось ни звука. Клиган сомкнул веки плотнее, но сон ни в какую не шёл к нему.

Подозрения Сандора оправдались, когда плотная тень упала на его покрытое множеством шрамов лицо и вместе с тем на плечо опустилось чистое, пахшее сушёной травой одеяло. Следом он ощутил, как поясницу обожгло теплом прижавшегося к нему гибкого тела.

— Будем спать, как солдаты в походе, — негромко оповестила Арья, бесцеремонно укладываясь поудобнее. — На твёрдой земле и спиной к спине.

Низменные реакции, пробудившиеся, поднявшиеся из глубин внутри Сандора, ему ни хрена не понравились. Отчего-то он не мог позволить себе развернуться и выпнуть настырную девчонку за дверь. Впрочем, как и уйти самому.

Сандор невольно припомнил их давнее путешествие по Речным землям. Несколько недель кряду он провёл тогда с Арьей бок о бок, устраиваясь на ночлег под открытым небом или находя пищу и кров в домах фермеров. При необходимости Клиган представлял людям Арью как свою дочь, и та отлично справлялась с назначенной ролью.

Однако минули года, растворившись в течении времени, и Сандор не мог отрицать очевидное: Арья Старк изменилась и выросла. Она перестала быть тем болтливым, неугомонным ребёнком с короткой мальчишеской стрижкой и прорывающимся отчаянным страхом во взгляде. Её волосы отросли, лицо заострилось, а тело закалило множество испытаний, судить о которых Сандору приходилось лишь по кусочкам оброненных фраз.