Благословлённые #2. Палеонесская дева

Он хотел было повернуть в сторону лестницы на второй этаж, однако Амелия ловко схватила под руку и потащила за собой по улице, к донжону.

— Ну, пойдем! Думаешь, Камилле нравится, что ты её игнорируешь?

— Я никого не игнорирую, — спокойно ответил Дьюк, всё же последовавший наверх. — У нас ещё целая ночь впереди.

«Ночь бурных споров и противоречий», — хотелось добавить следом.

В кабинете управительницы царил порядок, который поддерживался по мере сил. Камилла сидела за большим рабочим столом и перебирала бумаги. Её взгляд скользнул по вошедшим и быстро вернулся обратно к работе.

Амелия молча села на своё привычное место и посмотрела на стол, заваленный бумагами. Девочка решилась помогать управительнице в канцелярии по вечерами и учиться, ведь ей предстояло занять место управительницы. Точнее, всё уже давно было решено за неё.

Камилла вновь подняла глаза и удивилась присутствию Дьюка, будто он только что появился из ниоткуда. Что ж, стоит отдать должное, он довольно редко сюда заходил. Работа с документацией навевала такую скуку, что даже пить с Дорианом и в очередной раз слушать его рассказы об убитом на охоте медведе казалось в разы интереснее.

Чем он, собственно, и собирался заняться сегодня вечером.

Управительница вздохнула, собрала бумаги в одну кучу и положила прямо под носом у Амелии.

— Раскладывай, — велела она. — Потомственные владетели отдельно, поземельные отдельно.

— Поземельнооблагаемые, — зачем-то вставил Дьюк, хотя это вряд ли имело какое-то отношение.

— Это что за бумаги? — спросила Амелия.

В её голосе Дьюк с легкостью уловил оттенки возмущения.

— Я решила окончательно разобрать старые документы, которые тут ещё со времен твоей матери лежат. Чтобы понять, что нужно, а что нет.

— Думаю, они уже все не нужны.

— Сиди и разбирай, — вновь велела управительница. — Дьюк, ты помочь пришёл?

— Нет, узнать, как настроение.

Он практически сразу пожалел о том, что сказал. Точнее, это случилось, как только лицо Камиллы стало недовольным. Наверняка никто не понял, что это была попытка пошутить.

Юмор давался ему тяжело, как человеку не привыкшему особо проявлять эмоции. В последнее время он начал чаще практиковаться в шутках, но видит Малеон, учиться грамоте было и то проще. Весь мир казался ему таким беспокойным и суетным, а окружающие люди бессмысленно тратили силы и время.

— Настроение нормальное, — ответила Камилла с нотками раздражения. — Надеюсь, у вас в ордене тоже.

— Да, там всё хорошо, миледи.

— Я очень рада, милорд.