Почти целитель. Часть четвертая.

Иван аж вздрогнул: вроде никого же там не было, в том узком проулке между домами, мимо которого он проходил. А ведь после ночных событий он старался быть крайне внимательным к таким местам.

- Простите великодушно! Вы граф Иван Лудильщиков?

- Он самый. Вы что-то хотели? – Иван не чувствовал угрозы со стороны незнакомца, поэтому разговаривал приветливо.

- Даже не знаю, как начать…, - замялся молодой мужчина, с силой заламывая пальцы рук. Очень характерный такой жест получился, указывающий на сильное волнение. – Мне стало известно, что вы не так давно приехали с Востока, где вылечили много пациентов, считавшихся безнадежными….

- Вы больны? – приготовился воспользоваться Диагностом Иван.

- Нет-нет! Я абсолютно здоров! Абсолютно! От неизвестного проклятия страдает моя любимая девушка…. Сима…. Я все перепробовал, и к Федорову обращался, местные целители и врачи, все как один, отказали в помощи. Говорят, им такое проклятие неизвестно. Может вы…, я слышал, в других странах могут лечить заболевания, считающиеся у нас неизлечимыми.

- Простите меня, но если не помог сам Федоров, вряд ли у меня выйдет лучше. Нет, нет, - замахал руками Иван, заметив проступающее отчаяние на лице незнакомца, что смог пробиться на приём к лучшему целителю страны. – Я не отказываюсь осмотреть вашу возлюбленную, просто призываю не питать излишних надежд.

- Утопающий хватается за Любую соломинку, ваше сиятельство.

- Давайте, оставим официальный тон, уважаемый….

- Ох! Простите меня за мою невежливость, господин граф.

Имя показалось странно знакомым.

- Простите, это не про ваши ли блюда вещают афиши на Невском?

- Да, это я. Если бы вы сможете помочь, готов до конца жизни бесплатно кормить вас теми блюдами.

- Ну, об этом говорить ещё рано! – Иван замахал рукой, останавливая поток обещаний. Хотя, чего скрывать, идею стать еще сильнее с помощью чудодейственных кушаний он рассматривал очень внимательно. – Скажите, насколько угрожающее для жизни ее состояние на данный момент? Видите ли, в ближайшие три или четыре дня вся моя жизнь расписана буквально по минутам.

- Непосредственной опасности сейчас нет, пока мне удаётся самому купировать приступы, но состояние здоровья постепенно ухудшается, и она очень страдает от невозможности вести обычную жизнь.

- Сочувствую! Тогда предлагаю вам, Анри, привезти ее ко мне с утра в ближайший понедельник. До обеда я постараюсь выкроить пару – тройку часов. Мой дом – вот он, перед вами.