Почти целитель. Часть четвертая.

Не заметив под ногами ведерко с мастикой, мужчина споткнулся, опрокинул ведерко и неловко взмахнул руками в попытке удержать равновесие. Но пол был невероятно скользким, а ноги запутались в длинном подоле сорочки и окончательно утратили точки опоры.

И жертва обстоятельств рухнул на пол, точнёхонько пригвоздив к полу несчастную служанку. Девушка взвизгнула, пытаясь выползти из-под обрушившегося на неё мужского тела.

А в это время жирное пятно мастики всё дальше и дальше растекалось по коридору…

На отчаянный девичий вопль открылась соседняя дверь и в коридор ступила почтенная дама в ночном чепце.

- Аркадий, ты же мне поклялся! – отчаянно вскрикнула женщина.

- Дорогая, я сейчас! Я всё объясню! – незадачливый глава семейства попытался подняться. Но опять поскользнулся и еще сильнее прижал девушку под собой, отчего та издала протяжный стон, который супруга «нечестивца» истолковала по-своему.

- Да как! Да ты! И ты еще и продолжаешь истязать её прямо у меня на глазах! – женщина немного пришла в себя, гордо подняла голову, чтобы не быть свидетельницей того, как её муж, позабыв о чести и достоинстве, копошится на полу, домогаясь тела прислуги.

Решив укрыться в своей комнате, представительная матрона резко развернулась и… отчаянно размахивая руками заскользила по коридору. Увы, коварная мастика добралась до порога её комнаты.

Обезумев от отчаяния, дама пыталась ухватиться за что-нибудь, чтоб затормозить бесконтрольное скольжение. Но помощь ей бросился лакей, спешивший по лестнице на странные звуки.

Юноша отважно бросился на перехват и был сбит на пол объемными телесами.

И в это время в коридоре раздался звонкий, слегка напуганный голос Катерины Рылеевой:

- Мама’, Папа’! А что вы делаете?

- Ё**ться они, милочка! – ответил девице за её родителей сморщенный старичок, наблюдавший за пикантной сценой из дальнего конца коридора. В его рту тлела, выпуская душистые клубы дыма, толстая кубинская сигара.

Знакомьтесь, Вениамин Аракчеев, старейший представитель знатного рода.

Когда-то он был одним из сильнейших магов огня, а сейчас представлял из себя сухого, желчного и ворчливого старика, уже год как почти не встававшего с постели. Чем изрядно облегчал жизнь всего аристократического семейства и их многочисленных слуг, что готовы были бежать хоть на край света от смеси злобности, черного и извращенного юмора, маразма и параноидальных идей, которая под конец жизни составляла основу личности именитого аристократа.