Дахака

Слушая биение собственного сердца, Арчита медленно пошла на загадочный свет...

[1] Сурья — бог Солнца в индуизме. В Ведийский период одно из трех главных божеств наряду с Индрой (Царь богов) и Агни (бог огня).

[2] Вритра — в индуизме змееобразный демон хаоса.

[3] Брахманы — члены высшей варны (касты) индуистского общества. Исторически были жрецами, учителями, отшельниками и учеными.

Глава 6

Она осторожно передвигала ногами, боясь споткнуться о какой-нибудь предмет или неровность. Глиняный пол тонул во мраке.

Тихое шарканье ступней отдавалось в пустоте коридора. Оно казалось громким среди этого безмолвия. Слишком громким. Настолько, что ей чудилось, будто где-то рядом неумелый плотник работает каменной пилой. Жрица слышала свое тихое, но учащенное дыхание. Оно со свистом врывалось через ноздри и вылетало изо рта. Кожа на губах высохла и потрескалась, но девушка не решалась облизнуть их. Она даже не вытерла холодную испарину, полностью залившую лоб. Капельки липкого пота скопились на переносице и готовы были стекать вниз. Но Арчита будто не замечала их. Ее взгляд оставался прикован к тусклому свечению впереди. Сердце гулко билось о ребра, отдаваясь в висках кузнечным молотом. Правая рука, сжимавшая медный кинжал, слегка тряслась.

Она ничего не слышала. Только тихое шуршание подошв по полу, да свистящее дыхание. Дом хранил безмолвие. Стоял, окутанный покрывалом тьмы. Это пугало до дрожи в коленях. Ноги плохо слушались и с трудом разгибались. Но Арчита продолжала идти вперед. На свет. Окружающая тишина казалась такой же плотной и непробиваемой, как скалы Хинду-Кауш.

Девушка миновала вход в соседнюю комнату. Его загораживала похожая грязная занавесь, как и проем помещения для гостей. Во мраке светлая ткань виделась бесформенным и непонятным куском.

«Я предоставлю тебе одну из лучших комнат в моем жилище» — вспомнились слова старейшины. Если это была лучшая, то жрица даже представлять не хотела, что творится в других.

Вскоре она прошла еще один проем. Арчита приближалась к тому месту, где коридор расширялся, сливаясь с комнатой привратника.

Напротив нее как раз находился вход в широкую залу, где проходил вечерний ужин. Судя по тьме, теперь там не горело пламя в треножнике. Лишь тусклый свет далеко впереди служил каким-то ориентиром.

Поравнявшись с коморкой привратника, девушка бросила косой взгляд в сторону выхода. В темноте различить очертания двери было невозможно. Сейчас жрице чудилось, что ее там и вовсе нет. Лишь черная зияющая бездна.