Харальд Прекрасноволосый и Зеркало Грядущего

Харальд же, лёжа на мягких шкурах, вдруг подумал, а не приснилось ли ему всё то, что случилось накануне: ссора с отцом, бегство из отчего дома и добровольное изгнание, странствия по Финнмарку на пару с Ансси в поисках стойбища его родичей, жизнь среди саами, беседы с нойдой Каапо и чудеса, творимые его бубном, любовь к Тиие, звери-спутники, путешествие в сайво, священная охота, предсказания неведомого Ибмела Создателя...Было ли это всё в его жизни?

И тут Харальд ощутил холод на среднем пальце левой кисти, как будто кисть эту кто-то окунул глубоко в снег.

Это металлическая прохлада Жребия Судьбы на, выпростанной из -под звериной шкуры, руке Харальда, усугублённая зимней погодой и быстрой ездой, дала свой ответ : «пока ты жив, а я на твоём пальце, тебе не забыть саами никогда».

А сани все несли и несли его вперёд к новой, ещё не изведанной, но теперь такой близкой и реальной, жизни. И он впервые явственно ощутил, как крылья неведомых и невидимых обычному глазу, священных птиц, мягко коснулись его холодных щёк.

Грядущее было сейчас совсем рядом, там впереди, за поворотом накатанного санного пути, где для конунга Харальда Прекрасноволосого начинался Путь Журавля...

ЭПИЛОГ.

Нойде Каапо не суждено было увидеть белизну будущего снега, ощутить его мягкость и холод... Он умер тёплой летней ночью: духи опять посетили его палатку, сопровождая своё появление очередными судорожными подёргиваниями тела избранного, но в этот раз он не вернулся к свету, семье, своему роду - он ушёл в сайво и крепко затворил за собой дверь.

С тех пор Тиия стала нойдой рода, собрав в своём служении божественному всю мудрость и жизненный опыт своего отца. Дочь она назвала Пилви, что означало «облако» на её языке. И длинными, светлыми летними ночами она подолгу вглядывалось в небесную ширь, в ряды пушистых облачных странников, представлявшихся ей то резвыми оленями, то косматыми медведями, то охотниками, то дивными птицами и ждала с нетерпением облако Харальда - только так она могла увидеть его теперь, только так говорить с ним.

А Пилви, живое маленькое облако, всё больше становилась для неё тем небом, в котором день ото дня сильнее и явственнее отражались черты любимого Харальда...

Золотую заколку, подарок молодого норега она стала использовать как жребий для Зеркала Грядущего, а потом через много долгих зим, на смертном одре передала и её, и магический бубен во владение Пилви.