Крылья мглы. Камень преткновения

Но сенсация «эй, драконы, оказывается, существуют» никак не отменяет того факта, что один из этих внезапно реальных засранцев претендует на мою девушку, и с этим что-то нужно делать.

– Ты же не расчленяешь сейчас мысленно Крорра на тысячи крошечных драконов, Киан? – спросила Войт, касаясь моего лба дыханием, и спасибо тебе, Вечность, я наконец смог увидеть хотя бы очертания ее лица, пусть и как через мутную пелену. Значит, совсем скоро я буду снова на ногах и решу одну рыжую проблему… ну, правильнее сказать – порешу.

– С чего бы это? – Горло еще саднило, и легкие жгло после глотка чистого пламени, но стало намного-намного лучше.

– Как-то ты подозрительно ерзаешь и чуть ли не кипишь, хоть мы и сидим в ледяной воде. – Как же я тащусь от ее голоса, особенно когда она слегка ехидничает. Или не слегка. Или стонет. Кричит. Всхлипывает. Психует и обзывается особо заковыристо… Хм… а снизу-то все работает исправно и в таком состоянии, однако.

– Поверь, я ерзаю совсем по другой причине, и, если вода тут достаточно прозрачная, она для тебя уже должна перестать быть секретом, – попытался ухмыльнуться по привычке…но да, еще не время для гримас.

– Кто о чем, а Мак-Грегор о славном перепихе, – тихо рассмеялась Войт и, едва-едва притрагиваясь, провела по моему виску, и все это фигня, что я не готов скулить. Готов, еще как, и тянуться за ее пальцами, словно попрошайка. – Если и дальше твое исцеление пойдет в таком темпе, то скоро, очень скоро.

Но я спросила к тому, что к нам спускаются сейчас вамп, голый Бронзовый и твоя миниатюрная смазливенькая подружка, и я очень надеюсь, что вы не начнете с ним мериться приборами. Как-то я подустала для экстрима за сегодня. Кстати, где это ты ее подцепил? И шагу не можешь ступить, чтобы на тебе девицы гроздями не повисли, бедняга?

Вот тут я не смог не улыбнуться торжествующе и самодовольно даже сквозь боль. Моя злючка ревнует.

Да-а-а! Это же ка-а-айф! Но… эй, голый Бронзовый?!!! Какого хрена?

– С кем мериться? – закосил под дурачка я. – С вампом, что ли?

– Ты знаешь, о ком я, – с шумным вздохом ответила Летти, и я прямо-таки увидел, как она закатывает свои бесконечно изменчивые глаза. Они то как тяжелый, тускловатый свинец, то будто гладкое серебро, в котором отражается мое любимое небо. И смотреть должны на меня, а не на всяких там… голых и смешных.