Крылья мглы. Камень преткновения

– Обещаю – первый не начну, – проворчал, осторожно переворачиваясь на бок, пристраивая голову на ее коленях поближе к самому сокровенному и как бы невзначай обхватывая за талию. Неудобно, но зато четко видно. Даже издалека.

– Отчего же мне в это с трудом верится? – очень тихо спросила Вселенную Войт, а я уже четко мог уловить приближающиеся шаги.

Напряг раздражающе еще паршивое зрение, изучая три фигуры, и вдруг услышал шокированный вздох Летти, который заставил меня подорваться, вмиг забыв про боль.

– Что? Кто? Направление скажи просто! – рявкнул, ненавидя свои глаза и того, кто обрек на это бессилие.

– Господи, да ляг ты обратно, полоумный виверн! Я просто офигела от того, что у Крорра крыльев-то теперь нет.

– В смысле?

– В смысле совсем. Вообще!

– Ну и… – Так ему и надо, ибо не хрен и все такое. – Странно, однако.

Мысленно я без остановки посылал «вали на все четыре стороны по-хорошему» волны, но они, гад, не работали, потому как бывший ликтор приблизился, остановился шагах в пяти и наверняка впился в нашу с Летти идиллию своими наглыми зенками, судя по нарастающему сопению.

Я тоже начал внутренне собираться, стараясь никак не выдать это внешне. Но тут рядом материализовалась Ингина и что-то затарахтела на два голоса в своей несносной манере, причитая и отвлекая.

– Войт, мне нужно поговорить с тобой об очень серьезных вещах, – еле расслышал я сквозь сплошной поток сознания Ингины охрипший голос соперника и к тому же уловил стойкий запах гнева, который стала источать кожа моей взрывной женщины.

Блин, ну чего они все приперлись-то, толком и кайфануть от аромата ревности злючки-колючки не дадут!

Незаметным быстрым движением, ориентируясь чисто на незатыкаемую акустическую волну, несильно пнул по голени Ингину, удачненько роняя ее в воду и тем самым останавливая хоть на несколько секунд звуковые помехи, шумно вдохнул, нарочно привлекая внимание, чтобы внятно донести до этого свежевылупившегося дракоши, что нет вещей, о которых ему нужно разговаривать с моей Летти, кроме разве что «нам лучше никогда больше в жизни не встречаться», но тут опередили уже меня, и мягкая ладонь, которую хотелось целовать и немножко прикусить, стремительным и удивительно нежным движением накрыла мой рот.

При этом сама Войт как-то странно качнулась и задышала в ином, беспокоящем ритме.