Ведьма. Пробуждение

Мне очень хотелось сказать ему, что он говорит как реальный маньяк, но учитывая события последних полсуток и то, что их там в органах вроде как проверять на психозагоны должны, по всему выходило, что чокнулась я. Но не признавать же это вот так запросто, за обедом между пловом и окрошкой. Я ему, говоря честно, вообще сейчас сказать ничего не была готова.

Поэтому просто опустила глаза в тарелку и буркнула, следуя его же примеру:

– Еда остывает.

– Хм… беспорное утверждение, – подозрительно покладисто согласился Волхов.

Мы взялись за поглощение плова, и мужчина поинтересовался светским тоном: – Как вам здешняя кухня, Людмила?

– Плов бесподобен, а вот окрошку я готовлю по-другому, – практически на автомате, еще вся в своих мыслях брякнула я.

– Могу я считать это приглашением попробовать ее как-нибудь в вашем исполнении? – тут же нашелся он.

– Сильно вряд ли, майор. Я редко сейчас готовлю.

– Ничего, я подожду и вдруг дождусь. А как вам погода, Людмила?

Я чуть пловом не подавилась.

Он серьезно? О погоде поговорим?

– Что? – нарочито непонимающе пожал мужчина плечами. – Я же понял, что говорить на необходимую мне тему вы не готовы. Ничего, опять же подожду, когда вы осознаете, что вам это необходимо гораздо больше моего.

Мой телефон в кармане дернулся, извещая о сообщении, и, коротко глянув на экран, я вздохнула. До конца моего законного перерыва еще пятнадцать минут, а от гадюки Наденьки уже прилетело: «Где ты?!!»

– К сожалению, Егор, от десерта мне придется отказаться, – начала собираться я.

 – Время отдыха вышло.

Он тоже сразу поднялся.

– Нет-нет, вы доедайте спокойно! – выставила я ладонь, пытаясь его остановить. – Спасибо огромное за обед. Я побе…

– Нет, так не пойдет, Людмила. Откуда взял, туда и верну, – решительно отрезал мужчина.

И, не слушая моих возражений, таки пошел провожать до самой приемной. Довел и протянул руку в несколько старомодном жесте, и я чисто машинально вложила в нее свою ладонь. И ахнула, когда он взял и поцеловал костяшки, поднеся мою кисть к губам.

Мимолетно, но вышло как-то дико смущающе, чуть ли не интимно.

– Что же, – неловко замялась я в дверях, торопливо отнимая конечность и злясь на то, что не хочу, но покупаюсь ведь на его галантность. Даже четко осознавая, что тут реальный подвох, покупаюсь. Вот мы бабы народ мягкий и внушаемый. – Спасибо еще раз, было очень вкусно и где-то познавательно.

– О, да ладно, не кривите душой, Людмила.