Невеста дракона

Тут Меридит осознала, что прическа ее стала далека от идеала, обморок и последующее лежание на земле сказались на ней не лучшим образом.

– Не стоит. – Попробовала она отстраниться, но вырваться из железной хватки было не так-то просто. – Мне лучше.

– Не думаю. Это похоже на сотрясение. – Винсент был строг. – Впрочем, я не вижу трещин или еще чего-то подобного. Вам необходим покой и полноценное питание. Впрочем, с книгой я погорячился. Чтение вам пока противопоказано.

Не слушая никаких возражений, он помог девушке полулежа устроиться на подушках, и решительно отобрал книгу.

– Потерпите немного. Ближе к вечеру мы остановимся в деревне. Там можно будет привести себя в порядок, размять ноги и поужинать.

Мягкий ход кареты убаюкивал, и Меридит последовала совету, и вскоре и впрямь задремала.

* * *

Винсент разбудил ее в обед, потряс за плечо и заставил выпить молока и съесть огромный кусок мясного пирога. Меридит казалось, что она не сможет проглотить ни кусочка, но под строгим взглядом офицера съела все до последней крошки.

Потом он неожиданно протянул руку и погладил девушку по голове. Меридит сильно удивилась, но Винсент сразу отдернул руку и так строго взглянул на нее, что все слова застряли в горле.

И вновь потянулись однообразные часы в дороге. Меридит больше не тошнило, но ее суровый спутник все равно не разрешил ей читать. Так же он отверг просьбу позволить вышивать, не разрешил ей рисовать и вместо этого посоветовал отдыхать, а лучше всего вообще поспать пока есть такая возможность.

Правда, глядя на несчастное лицо девушки, он на полном серьезе разрешил ей петь, но Меридит, которую природа одарила громким, но, к сожалению, не мелодичным голосом, представила себе его реакцию на ее вокальные упражнения, и вынужденно отказалась.

Как-то неожиданно наступил вечер. От безделья казалось, что время едва тянется, что едут они, целую вечность и будут так ехать до скончания веков. Меридит успела два раза поспать, и еще один раз поесть.

И, хотя ей казалось, что так часто есть дурной тон и безумное расточительство, спутник ее был настроен весьма решительно и отказов не принял.

Выйдя из кареты, девушка подумала, что попала в иной мир. Еще утром все было серым, дул промозглый ветер, а деревья стояли голыми, протягивая руки-ветви вслед. А здесь веранда маленькой гостиницы с красной черепичной крышей утопала в яблоневом цвете, а из открытой двери доносились умопомрачительные запахи.