Академия адептов, колдунов и магов. Испытание для адептов

Действительно, тема серьезная, не стоит говорить о таком в коридоре.

Кабинет был мечтой каждого библиофила столицы.

Громадный стол, камин в углу, два кресла перед ним, книжные полки от пола до потолка, основательная мебель из мореного дуба, тяжелые шторы…

Лорд Аргайл отдернул их – и при свете дня, залившем кабинет, стало ясно, что мужчины не просто похожи. Копии.

Просто один постарше, а второй помоложе.

Оба высокие, синеглазые, оба с ястребиными носами и высокими лбами, у обоих тяжелые квадратные подбородки… У старшего волосы цвета солнечных лучей, у младшего тоже.

Только старший уже наполовину сед, его волосы коротко подстрижены и тщательно уложены, а у младшего они отросли до середины спины, небрежно заплетены в косу и, к удивлению, перетянуты розовой лентой. Со стразами и жемчугом. И с пышным бантом.

Смотрелось это ужасно, так что старший из мужчин кривился, глядя на косу, переброшенную через плечо, и ленту, которую мужчина начал теребить. Но терпел.

Одежда их тоже разнилась, как день и ночь.

Старший из мужчин был одет в простой темный костюм. Белая рубашка, темный жилет, темный сюртук, брюки, мягкие домашние туфли. Все в черных и серых тонах.

Младший же… о, младший из мужчин мог дать фору всем попугаям императорского зоологического сада.

Рубашка – розовая. Жилет – голубой. Сюртук цвета фуксии, панталоны окраса ночного неба, и все это щедро украшено то ли стразами, то ли горным хрусталем…

Ах да! Потрясающая вышивка на жилете, на кармашке для часов – в виде зайчика.

И бант на шее. Роскошный, пышный, в цвет заката. Сапоги – и те были со стразами, которыми щедро усыпали голенища. Кажется, вышивка на голенищах тоже была в виде зайчиков, но лорд Аргайл не приглядывался, ему и так хватало – аж в глазах рябило!

– Рональд…

– Слушаю?

– Я знаю, мы с тобой в ссоре…

– Да, уже лет двадцать? Или двадцать пять?

– Семнадцать.

– Маловато будет.

– Помолчи, щенок! Матери плохо!

Рональд тут же стал серьезным:

– Что с ней?

– Врачам неизвестно.

Но… сам понимаешь.

– Не понимаю.

Старший из мужчин дернул кадыком:

– Не понимаешь?! Они боятся самого худшего!

– Поэтому вы меня и позвали?

– Да, и поэтому тоже. Рональд… мать больна. И ради нее… я знаю, ты в любой момент можешь отказаться от титула и наследства, но… она очень хочет увидеть внуков.

– Да неужели? А как же Эрвин?

– Да неужели ты не в курсе? – притворно удивился старший.

Лицо младшего стало жестким и холодным.

– Вполне.