Клыкастые страсти

Что будет дальше? На мирное разрешение конфликта можем и не рассчитывать. Твои родственники постарались от души. Я сам бы ничего хуже не придумал! А придумав, сделать бы не смог.

Я почесала нос. О вампирах я знала мало – кстати, по приказу самого же Мечислава, – но тут могла догадаться.

– Два варианта. Если Ванечка глуп – приедет сюда и попытается оторвать вам голову. Если умен – обратится в Совет, и нам пришлют сюда эмиссара, который и будет разруливать ситуацию. Мне полагается конфетка за сообразительность?

– Даже две, если ты угадаешь, кто будет этим эмиссаром.

– А у меня большой список знакомых? Если вы мне предлагаете угадать… Рамирес?

– Именно.

– Ну, тогда без проблем? Он ведь к нам хорошо относится?

– К тебе, Кудряшка.

Это «тебе» было так выделено голосом, что требовало пояснений. Я подняла брови.

– Слушаю?

Мечислав взял со стола пресс-папье из какого-то черного камня, повертел в пальцах, словно оно ничего не весило, и улыбнулся.

– Детка, ты ведь делилась с Рамиресом кровью?

– Ну да.

– И силой?

– Тоже верно. И что?

Ярко-зеленые глаза были серьезны и неожиданно печальны.

– Рамирес говорил со мной после того, как ты попала в больницу. Он хочет тебя, Кудряшка. Хочет так, что готов решиться на поединок, лишь бы ты принадлежала ему.

– Что?!

Я захлопала глазами, не в силах поверить в такую чушь. Что это вампиры о себе возомнили?! Я им что, переходящее знамя бригады соцтруда?!

– Да, радость моя, ты не ошиблась.

Мы с Рамиресом говорили примерно на третий день, когда ты еще лежала в больнице, но твое состояние уже стабилизировалось и врачи перестали намекать на гроб с кисточками. Если хочешь, я пущу тебя в свои воспоминания.

Я покачала головой.

– Достаточно будет подробного рассказа.

– Как тебе угодно, лапочка.

Слова были вполне деловыми, но голос… Черт бы побрал этого вампира! Таким голосом не о делах разговаривать, а обещания в постели шептать! Я задрожала и покрепче стиснула кулаки.

Ну почему он на меня так действует?! Это же нечестно!

– Я не желаю лишний раз пускать вас ко мне в голову, – отрезала я. – Расскажите словами.

– Рамирес пришел ко мне перед отъездом. И предложил уступить тебя за хорошую цену, если ты выживешь. Впрочем, если ты соберешься умирать, его бы тоже все устроило. Последняя кровь человека, смерть человека дает много силы.