Крест и крыло

Рассказать было сложно. С другой стороны… а кому еще я могу это рассказать?! А рассказать – надо. Я просто с ума схожу! Как легко раскладывать по полочкам чужие переживания! Как тяжело со своими…

Я собралась с духом, отхлебнула коктейля – и выложила ей весь свой сон.

Надюшка внимательно слушала, покусывая ноготь на большом пальце. Сначала она попыталась грызть соломинку от коктейля, но, когда обнаружила, что мимоходом отгрызла от нее здоровый кусок – смущенно фыркнула и прекратила это дело.

Я честно исповедалась и в том, что видела, и что чувствовала…

Надя не перебивала.

А когда я закончила, тряхнула головой.

– Вот оно как! Черт побери! Я даже подумать не могла, что ты… вот так…

Я кивнула.

– Да. Оказалось – что именно так.

Надя задумалась. А потом посыпались вопросы.

– А рисовать ты не прекратила?

Я улыбнулась. Взяла салфетку – и несколькими штрихами изобразила девушку-официантку. Получилось забавно, легко и совершенно не зло.

– Не прекратила. Уже проверено. Знаешь, наука как-то в голову не лезла…

– А что ты сейчас чувствуешь по отношению к Даниэлю?

– Не знаю.

Это… это как лишиться чего-то вроде старой болячки. Вроде и больно, но ты так к ней привыкла, что теперь даже и не хватает этой боли…

– И тебе хочется, чтобы болело, как раньше?

Я прислушивалась к себе.

Не хотелось. Куда-то ушла давящая тоска. А произнося про себя имя Даниэль, я не испытывала глухой тянущей боли. И это радовало.

Надя повертела в руке ложечку.

– Юлька, а к Мечиславу ты что чувствуешь?

К Мечиславу?

Я вдруг представила себе вампира таким, как видела его последний раз – он сидит за столом, чуть склонив голову набок, я вхожу – и он поворачивается и смотрит на меня глубоким взглядом зеленых глаз.

И меня вдруг пронзило такое острое желание, что скорее это было ближе к боли.

Надя, внимательно наблюдающая за мной, улыбнулась.

– Что и требовалось доказать…

– Исчез мой иммунитет? Паршиво…

– Юлька, что за чушь?! Какой иммунитет?! Просто теперь ты можешь отпустить себя на свободу.

– Это так называется?

Надя шваркнула ложку в бокал.

– Блин! Юлька, как где – ты умная женщина. А здесь вдруг отупела и одурела?! Осеннее обострение, что ли, сказалось?!

– Надька, договоришься!

– Вах, баюс, баюс…

– Вижу…

– Юлька, ну подумай сама, что странного в твоем влечении к Мечиславу?

– А если оно – наведенное?

Надя фыркнула.

– Чего поглупее скажи. Ты же сама знаешь, что это – чепуха.