Маруся. Попасть – не напасть

Я смотрела на ужика, вкладывая все желание пообщаться с малышом. Буквально транслируя доброжелательность, спокойствие, обещание не причинять вреда…

Уж затормозил.

И ей-ей, обернулся!

Зрачки у него были круглые, а вокруг черного солнышка тонкое золотое колечко. Змееныш смотрел на меня спокойно и внимательно, я – на него, пыталась передать свой интерес.

И… Воображение, что ли, разыгралось? Я поняла, что ему меньше года, что он перезимовал в уютной пещере рядом с озером, что сейчас ему хочется в воду… Шкурка чешется.

То есть чешуя… И поохотиться хочется, он голодный. Опасность? Да, опасность есть, есть люди.

Я осознала, что это предел. Змеи невероятно умные в сказках, а в жизни… Может, мне такой тормознутый змееныш попался?

Ладно, я его отпустила, и ужик уполз к озеру. А я пригляделась к себе.

А ведь и верно. Внизу живота пульсировало чуть сильнее, ёжь твою рожь! У нас что, все через ЭТО место?

Вот они и выкидыши, стопроцентно. Можно даже не спрашивать. Если ты привык чесать нос правой рукой, ты и будешь его так чесать.

Непроизвольно. Если привык к магии, будешь ее использовать. Ну и результат – выкидыш.

А нельзя это как-то нормализовать?

Угу, пришла тут, самая умная. Наверняка первая за столько лет додумалась, правда?

Ладно! Поехидничаю я потом! Главное – я могу говорить со змеями! И даже не сильно устаю. Ладно, полноценным разговором это не назовешь. Но какой-то отклик я получила, остальное – дело практики.

А что?

Укушен гадюкой – замечательный диагноз! И я молодая вдова.

Вот и еще один вопрос для обсуждения с ротмистром.

* * *

В эту ночь нам удалось выбраться на улицу.

Андрей Васильевич знал отличную маленькую беседку, в которой нас не было видно. Зато там есть деревянные скамейки, на одной из которых я и устроилась, поджав под себя ноги. Так теплее. Вязаная шаль укрыла меня целиком, не хуже пухового одеяла.

– Как у вас дела, Мария?

– Готовлюсь к выписке. Андрей Васильевич, скажите, а маги земли могут управлять животными?

– Да. Достаточно редко, но могут, это явление было описано.

И животными, и птицами…

– А людьми?

Ротмистр вздохнул.

– Мария, это должно остаться между нами. И… Я бы не поделился, но я умираю, а вы остаетесь жить. И мне вас жалко. Это понятно?

– Мне дать клятву молчать?

– Нет. Обстоятельства могут сложиться по-разному, поэтому я надеюсь на ваше благоразумие. А клятвами не раскидывайтесь, особенно на крови.

Я кивнула.

– Так вот. Считается, что это невозможно.