Отражение. Зеркало войны

Кажется, это будет сложный день. А и ладно! Переживем, пережуем! Десять человек, не считая присутствующих, неужели она не справится? Еще как справится!

– Не уверена. Если только в порядке живой очереди, – задумалась Матильда.

– Бить – не будем.

– А воспитывать?

– Если до пяти лет не воспитали, сейчас уже поздно, – Мария-Элена пожала плечами.

Матильда спорить не собиралась. Поздно, рано… Пусть Малена разбирается. Она аристократка, они это должны уметь. Вот!

* * *

«Домик» оказался огромным двухэтажным коттеджем из красного кирпича, с громадной верандой и здоровущим прилегающим участком, наверное, соток в десять-пятнадцать, на котором не росло ни единой полезной зеленки.

Ни грядки с укропом, ни куста с клубничкой – газон, альпийская горка, качели, мангал под навесом и большая беседка.

Всю эту роскошь огораживал такой же забор из кирпича, с пиками поверху и камерами снаружи.

– Стильно, – оценила Малена.

– Я сам рисовал, – похвастался Давид. – Андрюха попросил, ну и…

– Можно будет потом посмотреть? – Малене стало интересно.

Что может нарисовать Давид Асатиани и что могут построить по его чертежам?

Можно обманываться внешностью, словами, поступками, но нельзя обманываться творениями рук человеческих, ибо в каждом из них – душа творца.

В книге, музыке, песне, в доме, в скульптуре, даже в автомобиле, который вышел из мастерской, – и то частичка души мастера. И это – видно. И душу видно.

– Сам покажу, – пообещал Давид. – Андрюха против не будет.

Джип затормозил рядом с машиной хозяина, и Давид вышел из машины, подав Малене руку.

Девушка коснулась его ладони кончиками пальцев, легко спрыгивая с подножки.

– Додик! Привет!

– Андрюха! Здорово!

– Ты чего – на своем крокодиле? А пить не будешь? Или девушку за руль посадишь?

– Девушка пока еще права не получила.

– Что, одни обязанности? Ну знакомь.

Андрей, русоволосый мужчина лет тридцати, среднего роста, улыбчивый и сероглазый, смотрел весело и дружески. И Малена улыбнулась ему.

С этой стороны гадостей ждать не приходится, он смотрит как на девушку друга. Чужое имущество, покушений не будет, агрессии – тоже.

– Знакомься, – согласно кивнул Давид. – Малена.

– Малена?

– Матильда, но вот так сократилось.

– Да-а? Девушка, а вы, часом, не балерина?

Матильда в очередной раз послала лучи поноса режиссеру, который не держал талант в… внутри! Малена мило улыбнулась.

– Я не балерина, у меня профессия есть.