Средневековая история. Чужие маски

Разве что в ноги его величеству броситься, умолять о пощаде… а если не выйдет?

Бросаться при всех придется, и молить тоже при всех, это ж какой скандал получится! Родители ее мигом заберут, не то, что замуж – вообще из дома выгонят!

Страшно!

А вот окажись у нее тот самый фант, попросила бы она обо всем с глазу на глаз, никто и не узнал бы…

Игра на деньги?

Их величества такого решительно не одобряли. Хочешь – иди, играй в город, там разные заведения есть. Хоть легальные, хоть подпольные…

Даже если Алден и играл – что такого!? Что в этом плохого!?

Почему она должна отказываться от своей любви, выходить замуж за старого негодяя…

Аника представила себе барона, его толстые пальцы, поросшие рыжими волосками, объемное пузо, лысину, рот с гнилыми зубами – и девушку замутило.

За что ей это!?

Выйдя замуж, она обязана будет подчиняться мужу. И ее удалят от двора, фрейлинами могут быть только незамужние девушки. А если замужние дамы, то только по особому королевскому приказу.

Вот, как графиня Иртон.

Она замужем, но в то же время, она официально числится фрейлиной. Или как ее дочь… хотя про семью Иртон что вспоминать? Они же родня королям, хоть и не той крови. Но королева Джессимин, эту историю все знают…

Иртонам хорошо.

А ей?

А за нее никто не заступится.

И Аника заревела еще горше.

***

Плеча девушки коснулась теплая рука.

– Что случилось, дитя мое?

Аника подняла глаза и посмотрела на человека, который невесть как оказался рядом с ней в беседке.

– А… я…

– Ты так горько плачешь, что скоро на месте сада встанет новое соленое озеро. И его назовут твоим именем.

– Я… меня…

– Разлучили с любимым?

Аника разрыдалась еще горше – и мягкая рука коснулась ее волос.

– Расскажи мне все, дитя мое. Расскажи – и мы подумаем вместе, что можно сделать.

И как можно было отказаться от такого предложения?

Аника еще раз хлюпнула носом – и принялась выкладывать, путаясь в словах и обильно орошая слезами своего собеседника.

Лес в районе побережья Авестера

На ночлег остановились пораньше.

– Воды мало осталось, – вздохнул Лофрейн.

Лиля фыркнула.

Она уже раз десять отнимала у спутника воду.

Ну не приспособлены благородные бароны к длительной ходьбе, не приспособлены. И про то, что звери соль лижут, солдатам соляные таблетки выдают, а в организме должно быть равновесие «соль-вода» он и не слышал.