Средневековая история. Дорога короля

И еще бы оно не болело!

Когда приходишь в себя, растянутый на дыбе, неудивительно. Но… что случилось?

Граф напрягся, вспоминая и пережидая черную волну боли, плеснувшуюся между висками. И – вспомнил.

Альсин.

Солдаты.

Предательство…

Темнота.

Видимо, его ударили по голове. А что король?

Дишан попробовал повести глазами и аж застонал от боли. Даже это движение отозвалось таким спазмом, что ему показалось на миг – голова разламывается надвое.

О-ох…

– Очнулся, ваша светлость.

– Это хорошо.

И в круг света перед Дишаном вступил тот, кого граф возненавидел в эту секунду больше всех на свете.

Герцог Робер Альсин.

Изящный, надушенный, в безукоризненно чистой одежде, глядящий с презрением и превосходством.

– Вот мы и свиделись, Дишан.

– Век бы тебя не видеть.

Граф попробовал плюнуть на предателя, но в горле пересохло, какие там плевки!

– И не увидишь.

Ах, с каким бы удовольствием Дишан замолчал, гордо и презрительно. Но…

– Что с королем?

Альсин молча вытянул вперед руку.

– Мразь!

На большее просто сил не хватило.

– Победитель, – легко рассмеялся Альсин. – Победитель.

– Ублюдок.

– И до Лорта я тоже доберусь. Рядом с тобой повиснет…

– Ненавижу! Чтоб ты сдох!

– О, с этим придется подождать. Долго ждать…

Дишан скрипнул зубами, но сказать ничего не успел. Альсин улыбался так же светло и безумно.

– Это ты в моей власти, Дишан. Ты… и жалеть об этом ты будешь долго.

Граф обвис в своих путах, понимая, что говорить бесполезно. Какой смысл разговаривать с безумцем? У него своя логика, свои мысли, свои законы…

– Ты будешь жить. А я буду навещать тебя, время от времени. Посмотреть, порадоваться… как ты думаешь, сколько костей можно сломать человеку так, чтобы он не сдох?

– Будь ты проклят!

– Давно. Уже очень давно.

И – кивок палачу.

– Думаю, сегодня мы начнем с ног. Только смотри, чтобы гангрена не началась, мне его смерть не нужна, мне нужно, чтобы он пару лет прожил.

Дишан застонал.

Да, это было не слишком мужественно,, но сейчас, когда он знал о своей участи, служить игрушкой для взбесившегося безумца….

Потом, потом он обдумает, как лучше поступить, как умереть чтобы не доставлять ему этого удовольствия.

А пока…

Палач шагнул ближе – и пришла ОНА.

БОЛЬ.