Средневековая история. Дорога короля

А вот о власти…

Если будет война, Альсин вообще всю власть загребет в свои руки. Альбита этого не хотела.

Она хотела балов, развлечений, блеска, шика, всего того, чего была так долго лишена по милости бывшего супруга… и она это получит!

Уже получает!

В свете звезд блеснули бриллианты в перстнях. Альбита полюбовалась их сверканием и довольно улыбнулась.

Да, это она. Она наконец-то взяла реванш за все свои страдания!

Блеск бриллиантов успокаивал, завораживал… Альбита перевернулась набок. Полюбовалась кольцами еще раз, потом взяла с туалетного столика браслет, повертела в пальцах…

Так, с браслетом, она и уснула.

***

Эдвин Фремонт ураганом ворвался в здание посольства Ативерны.

А мог бы и не врываться, все равно там никого не было. Томас Конкор, получив весточку, не собирался оставаться на заклание, и народ собирал в ускоренном темпе.

Так что остался барон Фремонт у разбитого корыта, причем обидно разбитого.

Мебель не забрал, а ковры вполне успел. И гобелены, и подсвечники из серебра, и столовые приборы, и даже личные вещи всех господ.

А что?

Между прочим, обозники – это такие специальные люди, которые за полчаса слона упаковать могут. Тот и не дернется, у них работа такая.

Сейчас у Томаса было больше, чем полчаса, и он воспользовался ими от всей души.

Так что барону оставалось носиться по посольству, пинать любезно оставленные ему табуретки и ругаться в три этажа с чердачком.

Увы – не помогало.

Альдонай не слышал, Мальдоная не отзывалась.

Придется идти, отчитываться герцогу, что птичка улетела. Более того, дураком Эдвин не был, и соображал быстро. Но сейчас мысли не доставляли ему никакого удовольствия.

Кто мог предупредить посольство?

Да только кто-то из сбежавших. Либо Джерисон, либо Лилиан Иртоны.

Вот сволочи!

Эх, надо было тогда не соблазнять графиню, а шею ей свернуть.

***

Барон еще не знал, что стоило ему уйти, как из потайных закутков выбрались Джек и Реми,

Переглянулись.

Ну и какие вам еще доказательства надобны?

– Я к хозяевам. Со мной сходишь? – попросил Реми.

Джек кивнул.

Сходит. И расскажет о том, что видел и слышал. Барон Фремонт был несдержан и давал волю языку. И дохлого (помилуй, Альдонай!) короля поминал, и много чего еще…

Подумать – и то страшно.