Средневековая история. Домашняя работа

Из дома выгоню!

– Отец?!

Дарий был искренне шокирован. Нет, всем же ясно, женщина – это что-то вроде мебели. И своего ума у нее просто нет. Она создана для того, чтобы продолжать род. Сосуд для семени. И все. Ну еще готовить, шить, стирать может. Но ожидать от нее ума?

Женщины коварны, похотливы, лживы, глупы, и ими может пользоваться Мальдоная. И не боле того. Почему отец так злится?

– Сотрудничество с Лилиан Иртон может принести хорошие деньги. Она умная женщина. Таких единицы. И я не хочу, чтобы ты развалил то, что только начинает созревать.

Обругав сына, запретив ему все действия против Лилиан Иртон и профилактически выпоров на конюшне, Торий Авермаль отправился к эввиру в гости.

Как ни странно, ему нравился Хельке Лейтц.

Эввир был неглуп, практичен, понимал свою выгоду – то, что Торий знал и в себе. А сейчас их объединяло и общее дело.

– Моя племянник скоро поедет к графине. – Хельке угощал гостя настоем трав, который посоветовала делать та же графиня. Душмяница, ползунок, лиловый цвет

(http://flib.

… Получалось вкусно, особенно с медом.

– Отлично. Передайте ей от меня поклон.

– Обязательно, господин барон.

– Торий. Просто Торий, компаньон…

– Не смею спорить с благородным господином. – Улыбка Хельке была преисполнена ехидства. Торий ответил похожим оскалом:

– Ты? Ты – смеешь.

– Достопочтенный…

Мужчины весело переглядывались.

– Хельке, у нас есть небольшая проблема…

Пастор запечатал письмо и отдал посыльному.

Так-то ваше сиятельство. Знает ли ваш муж про ваши выходки? Теперь – точно узнает.

Но будет ли в восторге?

А утром его навестил достопочтенный Торий Авермаль:

– Пастор Лейдер, мое почтение.

– Благословен будь, дитя Света.

Покончив с обязательными формальностями, мужчины перешли к делу. Пастор указал барону на стул, тот уселся и поставил перед собой небольшую шкатулку.

– Чем я могу служить вам, достопочтенный Торий?

– Речь не об услуге, пастор.

– Вот как?

– Да. От одной известной вам и мне особы.

– Какой же?

– Ее сиятельства Лилиан Иртон.

– Лилиан Иртон?

– Да, она перед отъездом очень сокрушалась, что не могла вас навестить лично.

Из навешанной бароном лапши становилось ясно – графиня очень высоко оценила участие милого пастора в своей судьбе и просила передать ему скромный подарок.