Средневековая история. Изнанка королевского дворца

Я к вам выехал, даже не позавтракав.

– А к чему такая спешка?

– Хотелось поговорить. До того, как вас представят ко двору.

– Слушаю, лэйр Ганц.

– Вы помните про этого… Алекса, кузена леди Вельс?

– Помню, – помрачнела Лиля. Поди, забудь. Шрам до сих пор побаливал. – Его же казнили?

– Да. А вот это…

Перед женщиной на стол легла стопка писем.

– Что это?

– А вы почитайте?

Лиля послушалась – и уже на третьем письме выругалась.

Ну да.

Перед ней были доказательства. Доказательства того, что ее покушение готовили и Алекс – и Аделаида вместе.

Что бы там кто ни говорил. Она писала чуть ли не приказом. Он отвечал (тут не было оригиналов, только черновики) подробными отчетами, кого, когда, за сколько и на что именно…

– Очень мило. Лэйр Ганц, что вы хотите с этим сделать?

– Что хотел – я уже сделал. И хотел бы… Ваше сиятельство, вы человек прямой, уж позвольте и мне напрямик?

Лиля кивнула.

– Вы когда попадете ко двору, Его величество вас так просто не отпустит. Наверняка.

– Да уж кто бы сомневался.

– А ведь вы наверняка захотите свой дом, делами, опять же, заниматься…

– И?

– Ваш отец искал для вас человека, который будет заниматься тем же, чем я сейчас на королевской службе.

– Он пока мне никого не представлял, – Лиля посмотрела на письма. На Ганца. И ее озарило. – Так вы…

– Да. Хотел бы. А это…

– Я так понимаю – это не взятка. А подарок в расчете на мое доброе отношение, – усмехнулась Лиля. – Кто еще про эти письма знает?

– Никто.

В королевских тюрьмах палачам специально уши воском залепляют, чтобы чего не надо не услышали. А не то…

Лиля кивнула.

– А почему вдруг? Лэйр Ганц, я все понимаю, вы человек умный, сильный…

– Да. И хочу жить долго и счастливо. Дом хочу, семью, детей… на королевской службе это невозможно. Да и уходят с нее только вперед ногами.

– А на моей – возможно?

– Ваше сиятельство, – Ганц был серьезен. – Я ведь ненамного старше вашего супруга. А повидал столько… у меня половина головы седая.

Вы женщина щедрая и неглупая. Я хочу вам предложить вот что. Я десять лет на вас работать буду. Не за доброе слово, нет. Но знаю, своих вы не обидите. За эти годы я вам людей и подберу, и обучу всему, что сам умею. А когда срок пройдет – хочу уйти. Уехать в тот же Ханганат… жениться, детей растить… умереть в своей постели, а не от удара ножом в спину в подворотне.

Лиля кивнула.

И задумалась.

Ганц – профессионал. И ее бы устроил со всех сторон.