Танго с демоном. Танго эсценарида

– Епископ, я умоляю! Не надо портить мне настроение!

Епископ заскрипел зубами. Даже торжествующего взгляда Алехандры не заметил. Да и не смотрел он на фаворитку, не до нее сейчас. Ему. А вот королю – так очень даже. А как разговаривать с мужчиной, когда у него все мысли под женской юбкой крутятся?

Практически никак.

– Ваше высочество…

– Епископ, еще одно слово – и я прикажу вас выставить!

И Хоселиус не шутил.

Все же что-то у него от отца было, жаль, не то, что требовалось. Ума бы к той упертости добавить, хоть пару ложек, так ведь нет!

Сказал – отстаньте, вот и отстаньте все! И точка! А важно, неважно… да что может быть важнее коронации? Ничего!

И сейчас у его величества слишком хорошее настроение, чтобы его разными епископами портить.

А там уж и до ночи недалеко…

Тадео едва не взвыл – и отправился телефонировать заговорщикам.

* * *

Письмо обнаружилось на столе в кабинете молодого тана Ксареса. Лежало себе, прекрасно себя чувствовало, кушать не просило. Такой скромный и невзрачный конвертик, из дешевой бумаги, грязный и замызганный.

На почте такие продаются буквально за медяки, их самые нищие покупают. На нем даже марки нет, только печать.

Экономка такой выкинула бы в мусорное ведро, не раздумывая.

Потому Лоуренсио и удивлялся – как мимо нее прошло?

А никак. Если бы он поинтересовался на этот счет не у экономки, а у скромного человечка, который приходил камины чистить, ну и подкинул письмецо – дело другое. Но Лоуренсио не знал, и не узнал никогда.

Впрочем, конверт он распечатывал с осторожностью. Вряд ли в нем окажется нечто приятное.

Тан Ксарес.

Мне передали вашу просьбу о встрече.

Сегодня я буду ждать вас в доме № 32 на калле Торо.

Приходите один, мобиль оставьте за три дома от названного.

Каракат.

Лоуренсио скрипнул зубами.

Что ж, друг просьбу передал, теперь надо ехать и видеться с этим самым Каракатом. И разговаривать.

И объяснять, что это был несчастный случай. Да, бывает, ничего страшного…

Смотря для кого, конечно.

Если для того бедолаги, который окончил свою жизнь в придорожной канаве, то это страшно. А для самого Лоуренсио…

Хотя для него теперь тоже страшно.

Тан Ксарес подумал еще пару минут, а потом поднялся из кресла.

Да, надо заехать к Анхелю, посоветоваться. Сам Лоуренсио в такой ситуации не был ни разу, может, друг чего подскажет?

Обязательно подскажет, на то он и друг…

* * *

– Твою…!!! – выругался Амадо.