Тайяна. Влюбиться в небо

Кому сам по себе нужен старый больной дедушка? А вот с домиком…

– Он вам подарил свой дом! – взвизгнула девица. – А я… Я должна жить на улице?! С мужем?! С маленьким ребенком?!

Голос набирал обороты. На шум из домов высунулись соседи. Яна обвела их глазами. М-да… стервятники, иначе и не скажешь. Одернуть эту дуру никто и не подумает, все наслаждаются спектаклем.

– Почему же на улице? Я знаю очень приличный мост, под которым вы можете расположиться, – «утешила» скандалистку нархи-ро.

Не помогло.

– Мост?! Да кто вы вообще такая?

– Лайри э’Лесс Риккэр.

Девица чуть сбавила обороты:

– И вы… Вы можете давать такие советы?! У вас вообще души нет?

– Не знаю. Надо бы сходить к тархоши, побеседовать на эту тему. А зачем вам моя душа?

– Потому что только бездушное чудовище может предложить женщине с ребенком жить под мостом!

– И что такого? Мы вообще на деревьях живем. – Яна получала удовольствие от перепалки. Это ж надо – такая концентрированная глупость и наглость. – И пока еще никто не жаловался.

Мост в этом плане даже лучше – во время дождя не капает.

Девица задохнулась от возмущения, но увы – не смертельно. И через минуту пошла в новую атаку:

– А как вы поступили с моим отцом! Возмутительно!

– Ваш отец? А, это тот, который явился пьяным и ругался тут в саду? Как вам не стыдно, карра!

Валайра, а это явно была она, захлопала глазами:

– Мне – стыдно?!

– Конечно! Выпускать отца на люди в таком виде! Весь ободранный, грязный, недолеченный, выглядит так, словно им нужник вытирали! Мало того – еще и пьяный! Да если б мой близкий родственник в таком виде на улице показался, я б со стыда сгорела! Он же не себя – он вас позорит!

И трагизма побольше, трагизма.

Разумеется, Яна могла бы давно выставить эту нахалку, обругать ее, спустить волчицу… И – не могла. Ей еще жить в этом квартале. Ей нравился домик, тут хорошо и уютно, она дала слово Атиону… То есть надо принимать бой.

Но люди – такие странные!

Жалеют не тех, кого надо, а тех, кто им ближе, кто понятнее и громче стонет.

Вот почему никто не пожалел Славеруса, который на старости лет вынужден сбежать из дома от таких «уродственничков»?

А в голову не пришло.

А эта сейчас явилась, устроит спектакль на всю улицу, порыдает, в пыли поваляется, еще и против Ааши всех окружающих настроит – и будет Яна злой девицей со злой зверюгой, а Валайра – невинно пострадавшей.

Нет, так дело не пойдет.

Потому и валяла нархи-ро дурака сколько могла.