«Учиться, влюбиться… убиться?»

Только уши поменьше, лицо почти человеческое, не считая слишком больших и круглых глаз, а руки-лапки снабжены тонкими длинными пальчиками. Облачен он был во что-то вроде белого греческого хитона. Одежда застегивалась на одном плече изящной серебряной заколкой и красиво ниспадала до пола. Из-под подола выглядывали вышитые золотом сапожки.

Ничего общего с домовыми, как я себе их представляла.

И не только я. Врут сценаристы безбожно…

– Ну, насмотрелась, деваха? – оборвал мои мысли голос домового.

Я кивнула.

– А вы симпатичный.

Домовой внимательно посмотрел на меня.

И вдруг кивнул.

– Ежели чего починить надо – заходи. Поможем. Еще чего надо?

– Нет. Благодарю.

– Тогда оставайтесь.

Домовой шагнул к стене – и в следующий миг его словно втянуло внутрь.

– Вот такие они, домовые духи. Если что – положишь ладонь на стенку и позовешь. Имя помнишь?

– Верет.

– Домовой дух Верет.

– Они – духи?

– Среднее между духами и живой материей. Это вы еще будете проходить.

– Если сдам магометрию.

– Если что – соберем комиссию. Или ты решила ее не учить?

– Учить! – возмутилась я. – Да половина магии построена именно на магометрии. Как геометрия – на правильных чертежах. Не буду знать магометрию – и призыв не освою. И общение с духами. И некромантию. И… и… и…

– Ты поняла. Заметно. Учить будешь?

– Буду.

– Отлично. А этому дураку я намекну, что расизм в Универе наказуем увольнением. И родственные симпатии тоже.

– А мне ему можно будет еще раз намекнуть, если что?

– Главное – не попадитесь.

Я опустила глазки. Что ж. Директор добился своей цели.

Во-первых, мне сказали, что «КГБ все видит».

Во-вторых, шкодить можно, если осторожно.

В-третьих, не буду учить – только так отчислят.

Так что вот так.

Учиться, учиться и учиться.

И наслаждаться жизнью.

А если этот Фалосский чудак на букву «Му» не поймет намека – я ему все рукава насмерть заштопаю!

Я мило улыбнулась директору.

– Обещаю.

– Тогда можешь идти восвояси.

Судя по улыбке директора, он был в курсе нашей дружбы с магистром Истроном.

– Слушаюсь, шеф!

– И с друзьями. Ясно?

– Да…

На этот раз прозвучало уже грустнее. Но ребята, которым я сообщила о приговоре, огорчения не выказали.

– Ёлка, ты не понимаешь! За такие шалости и отчислить могут, – объяснил мне Эвин. – Универ – это самое престижное учебное заведение мира. Сюда дикий конкурс.

– Незаметно.