Замок Кон’Ронг

А он ее так любил, так любил…

Причина?

Мм… да стерва она была! Стерва и гадина! Не оценила такого мужчину!

Вот она, Аликс, сразу оценила несчастного Сэндера! И любить его будет! И все у них будет хорошо, даже просто замечательно!

Бессердечная Джинджер рекомендовала навести побольше справок, чтобы не оказаться в дураках. Кто его знает, может, супруга не просто так сбежала, а например, родила она дочь, муж погулял на радостях, а потом жену дурной болезнью заразил? Или пил? Или в карты играл?

Зачем-то же его занесло искать невесту в такую глушь, где даже цапли не летают! Или это от большой любви к провинциалкам? Ну-ну…

В семнадцать лет девушке не полагается быть такой? Помилуйте, здравомыслие от возраста не зависит.

Джинджер обозвали бессовестной и бессердечной, подключилась госпожа Лоусон, и девушку общими усилиями заткнули. Хотя и зря, с ее точки зрения. Надо было бы наоборот, выловить жениха, взять в клещи, втроем-вчетвером, и наддать с вопросами! Чтобы отвечал на них часика два, пока не проговорится!

Правильно поставленный вопрос (или допрос?) – великая сила!

Не вняли.

И оказалась Аликс замужем, а Джин – подружкой невесты, хорошо хоть, от букета увернуться удалось. Поймала его одна из сестер Аликс – да так удачно, что вскоре вышла замуж за спивающегося вдовца с детьми. Есть чему порадоваться.

Зато приданого не потребовали! А для госпожи Лоусон это было главным ориентиром! Главное ведь, чтобы человек был хороший и у нее денег не требовал! Вот!

Интересно, что потребовалось подруге?

Печать жалобно хрустнула в сильных пальцах.

Дорогая Джин!

Верь, это действительно я. Могу напомнить тебе наш разговор перед свадьбой. Ты сказала, что дело нечисто и надо бы как следует допросить моего жениха. Я возразила, у нас завязался спор, и ты привела свою мать в пример.

– Вот как? – поинтересовалась Кларисса.

– Мам… извини. Я была мелкая, глупая и хотела ее отговорить.

– Надеюсь, впредь умнее будешь, – Кларисса не сердилась на дочь, но к чему посторонних посвящать в подробности их семейной жизни? Не стоит…

– Буду.

– Ах, Резеда, наш кошмар и беда, – весело пропела мать. – Ужасная женщина! – это было сказано уже без всякого смеха. – Просто кошмарная.

– Зато жива, здорова и всем гадостей желает, – Джин пожала плечами. – Одно качество, которому не грех бы поучиться, у нее есть. Потрясающая жизнестойкость.

– Да уж.