Замок над Морем. Сила рода

Господи ты боже мой, сколько ж она ждала этих слов?

Неважно, что она была умной и сильной и сама могла горы свернуть – она и сворачивала бы! Но просто скажите ей такую мелочь! Просто дайте понять, что это – оно! Женщине ведь так мало надо – просто пару слов.

Мужчины поглядели на нее с пониманием. Это ведь так ясно и нормально, слабое существо, и на фоне ее – они герои и герцоги. А то как-то неправильно, когда женщина любого героя выстирает, высушит и на солнышке повесит. Непривычно.

– Конечно, мы справимся, – поспешил заверить и Шеллен.

 – Вы умница, герцогиня, я не ждал от вас подобного поведения. Но вы нас всех поразили в самое сердце.

Алаис хлюпнула носом еще раз – и отклеилась от Луиса. Не время сейчас, совершенно не время плакать, драться надо. Или хотя бы прикидывать планы на будущее сражение.

– Простите, господа. Такого больше не повторится. Магистр, прошу вас, я готова слушать.

И во взглядах мужчин мелькнуло уважение. А в глазах Луиса еще и гордость – его женщина!

– Маританцы нас просто так не отпустят.

Они сильнее нас, у них на руках все козыри…

– Простите, магистр. Если бы я знала, я бы связалась с наемниками. Но…

– Нет-нет. Вы искренне хотели помочь, и вы это сделали. Лучше уж я буду договариваться с маританцами, чем с Давертом. Им я, по крайней мере, живым нужен.

– До коронации.

– До коронации мы им все нужны. А вот потом…

Луис вздохнул.

– Маританцы заодно с Тимарами – или они играют только за себя?

– Они были и будут на стороне законного Короля, – пояснил Шеллен.

 – Род Мар, конечно, поддержит Тимаров, но ведь есть и остальные пять родов.

– А что должны в связи с этим делать мы? – вздохнула Алаис. – Съездить проверить кого-то из Тимаров?

– Думаю, с этим маританцы справятся и сами. Нет, скорее, я нужен, чтобы ввести в род Далана…

– Представляю, как мальчишка перенервничал.

– Думаю, герцогиня, вы его сможете успокоить?

– Только сказать правду. Магистр, ваш сын уже слишком взрослый, чтобы так неуместно врать ему.

В своем мире Алаис сказала бы, что Далан – еще сопля зеленая. Там в это время еще голой женщины не видели и в компьютерные игрушки играют. А здесь – мужчина. Он видел смерть врагов и друзей, терял свободу и находил ее, узнавал неприятную правду о себе и своей семье, помогал в освобождении отца из тюрьмы. Десятой части списка хватило бы любому, чтобы повзрослеть.

Шеллен покривил губы.