Замок над Морем. Голос рода

Но женщинам должно нравиться», – думает Алаис.

Почти равнодушно.

В глубине разума – от себя, а теперь и от Тани этого не скроешь – тлеет огонек интереса. Все-таки молодая здоровая девушка… «А если он бы меня поцеловал? Каково это – быть рядом с таким мужчиной?»

Впрочем, холодный рассудок тут же обрывает все мечты.

Бледная моль – и этот самец? И ведь знает, как хорош, поигрывает мускулами, сейчас уже мимоходом…

Ант Таламир.

Сын конюха, в юности попал ко двору и заинтересовал стареющую королеву своими недюжинными мужскими достоинствами.

Но красивых мальчиков много, а умных мало. Таких, чтобы были и умными, и успешными, и одаренными, а Таламир оказался неожиданно талантливым полководцем, – вообще единицы. Ее величество поняла, что в руки попался бриллиант, и начала очищать его от корки грязи. Сделала тьером, даровала поместье, поставила во главе полка…

Последние семь лет он успешно выжигает всех, кто неугоден королеве. И таких становится все больше. Лидии не хватает денег на развлечения, любовников, наряды, не хватает власти, она боится будущего и стремится взять все возможное от настоящего.

А у Карнавонов есть что взять.

– Вы знаете, что мне нужно, тьер.

– Отнюдь.

– Последний Король отдал вашему предку на сохранение что?

Герцог пожимает плечами.

– Не знаю. Никто не знает.

– Лжете, тьер.

– Нет.

Ант подается вперед, лицо его искажает такое выражение… Алаис становится страшно.

– Вы лжете, герцог, – он почти шипит, словно гадюка. – Но у вас еще есть время.

Завтра мое войско будет под стенами вашего замка. И если вы мне это не отдадите…

Герцог пожимает плечами.

– Я не могу вам ничего отдать. Я не знаю, что именно Его Величество оставил моему предку – если оставил.

Таламир поднимается. Смотрит холодными змеиными глазами.

– Вы пожалеете о ваших словах.

Герцог пожимает плечами.

– Всего наилучшего, любезнейший.

Никакого обращения. Так он мог бы сказать кучеру или лакею. И Таламир понимает это. Лицо мужчины бледнеет.

– Вы поплатитесь за это.

Эррен Карнавон провожает его взглядом. При этом он выглядит образцом невозмутимости, безмятежности, равнодушия – здесь и сейчас у него нет проблем.

Все меняется, как только Таламир уезжает. Герцог собирает родных и начинает отдавать приказания. Поднять мост, закрыть ворота, приготовиться к осаде…

Все бесполезно.

Штурм замка сохраняется обрывками.

Летящие ядра, катапульты, стрелы, огонь, бегущие люди… Бой она не помнит даже урывками.