Замок над Морем. Голос рода

Эти люди жили рядом с ней, сколько она себя помнила, видели маленькую Алаис, видели, как она росла, а теперь смотрели на нее, как на чудовище.

За что?

Таламир поднял руку – и все тут же замолчали.

– Вы все знаете герцогессу Карнавон. Это моя будущая жена, ваша герцогиня. Ее приказы так же обязательны к исполнению, как и мои. Любое неповиновение ее приказам я буду рассматривать как неповиновение мне…

Дальше Алаис уже не слушала. И так все ясно. Угрозы, потом еще угрозы, потом поощрения… дело житейское.

Вряд ли.

Значит, за ней будет установлена слежка, и не только из этих четырех шлюх. И кто же?

Как неприятно чувствовать эти взгляды.

Презрительные, ненавидящие, откровенно злобные, брезгливые…

За что?

За то, что не умерла?

Но когда люди бывали справедливы к тем, кто им не нравится? Вот если бы Алита осталась в живых, ей бы сейчас сочувствовали. Сестру любили, она была красива и понятна всем. А Алаис – нет.

Ей предстоят тяжелые времена.

* * *

Алаис снова приснился Замок.

Что-то в нем было не так, что-то тревожило, раздражало, заставляло нервничать и грустить. Она облетела вокруг, попыталась заглянуть в окно…

Двое мужчин, оба пожилые, один этакий толстяк, второй – худой и высокий, Алаис тут же прозвала их для себя «Бегемот» и «Коровьев», что-то складывали в большой сундук. Женщина пригляделась, и опознала… полотнища?

Нет, не просто куски ткани.

Мелькнул плавник акулы, щупальца осьминога… знамена?

Да! Именно этого не хватало Замку! Он лишился своих знамен!

– …надолго ли?

Начала фразы Алаис не слышала.

– До новой коронации.

– А будет ли она?

– Я верю, что будет, – «Бегемот» выглядел очень решительно.

– И кого можно короновать сейчас? Диона? – «Коровьев» определенно сомневался. «Бегемот» взмахнул рукой, словно отметая глупую мысль.

– Замок над Морем не примет предателя.

– Дион королевской крови.

– Важна не только кровь, – отрезал «Бегемот», продолжая осторожно укладывать что-то в сундук.

– Но если он придет к власти, вы станете ему служить?

– Нет.

– Но…

– Эрион, я не стану осуждать тебя за любое принятое решение. – «Бегемот» захлопнул крышку сундука и решительно повернул замок. Не ключ, нет. Сам замок являлся хитроумным приспособлением, позволяющим закрыть сундук намертво. – Но я твердо уверен, что при моей жизни коронации больше не будет.