Летопись Филларии. Затмение трёх Лун

В конце концов, именно достоинству учила ее матушка с самого детства.

Ледяной слегка смутился и закашлялся, будто только для того, чтобы отвлечь внимание слушателей от обидного комментария.

– Ладно, хватит болтать, – заговорил он, отстранив Философа во второй ряд. – Милая девушка решит, что мы представляем опасность и от нас лучше держаться подальше.

Мали посмотрела на него максимально строго, хотя не была уверена, что у нее получилось или, что в темноте кто-нибудь заметил ее старания.

– Я уже так решила, – выдала она.

– Ха! – то ли кашлянул, то ли усмехнулся Простуженный. – Мне она нравится. Я говорю свое «да», – и ушел к двуспальной кровати.

Завалился там и накрылся толстым одеялом с головой. Уже через несколько секунд оттуда послышалось его размеренное сопение.

Философ поправил квадратные очки, и луч света от лампы красиво блеснул на чуть выпуклых линзах.

– Мое «да» было изначальным, но я сомневаюсь, что девушке будет интересно.

– Что происходит?! – вскинулась Мали, встала с кровати и рассерженно топнула ботинком по полу.

Никакого эффекта ее показная злость не произвела.

– А мне плевать, – заявил Ледяному Грубый и утопал к двухъярусной кровати, бормоча: – Если вам так хочется, делайте, что хотите, только меня не вмешивайте.

– Я ухожу отсюда! – решительно объявила Мали, хотя ее, кажется, никто не слушал. Она направилась было к двери, но вспомнила про свои вещи и принялась их искать.

– Есть что добавить? – спросил у присутствующих Ледяной.

Ворчун смерил его уничтожающим взглядом и резко отмахнулся рукой.

– Делай, как знаешь.

Тут уж Мали не выдержала. Она не нашла свои пожитки, но не собиралась мириться с тем, что ее откровенно игнорируют.

– Мне плевать на ваши важные разговоры. Немедленно отдайте мое барахло и откройте дверь!

– Хорошо, – легко согласился Ледяной и пошел к длинной кровати. – Я не держу тех, кто хочет уйти.

– Ты спятил? – взвился Философ до того, как Мали успела обрадоваться полученной свободе.

– Но девушка настаивает, – Ледяной откровенно прикидывался дурачком, а Философ этого не замечал.

– Она просто не знает, что происходит. Мне рассказать или сам?

– Валяй.

Философ сделал пару неуверенных шагов к Мали, и она сразу напряглась. Он заметил и отступил назад, показывая свою безобидность.

– Извини, – он поднял руки перед собой. – Никто из нас не хотел тебя пугать.