Опекун для Софии

Двор моментально наполнился людьми, шумом и паникой. В ночном сумраке и сполохах пламени метались люди, кони, скотина и птица. Слышались заполошные крики женщин, грубые резкие выкрики мужчин, скрежет, скрип, мычание, кудахтанье, гудение пламени… Горела усадьба.

София прижималась всем телом к пышному боку нянюшки и не отрываясь смотрела на бушующее пламя. Ни слезинки не выпало из её глаз. В них застыл ужас и непонимание: как такое могло случиться с их старым добрым домом?! С их семьёй?! С её родителями?!

– Нет! Богиня милосердная, нет!! – шептала девочка бескровными губами.

Всеми силами она желала, чтобы этот ужас прекратился как можно быстрее! К сожалению, ни в усадьбе, ни в ближайшем селе не было магов воды. Пожар пришлось тушить обычным способом. До Софии ещё не совсем дошло, что горело как раз хозяйское крыло, а родители – барон и баронесса Недвиг – находились именно там. Отчаянно шепча молитву Пресветлой матери, пятнадцатилетняя София интуитивно уже готовилась услышать трагическую весть.

Со стороны дороги послышался грохот тележных колёс: к горящей усадьбе торопилась пожарная команда из деревни. Бочка с водой и несколько крепких мужиков с баграми и топорами – вот и вся помощь.

Тем временем, слуги под руководством управляющего и дворецкого уже и сами начали посильное спасение дома. От пруда к усадьбе выстроилась цепочка людей, передающих друг другу вёдра с водой. Два смельчака забрались на крышу и пытались баграми скинуть вниз горящие доски и стропила. Их поливали из вёдер заодно с горящими брёвнами.

Но вот пламя взметнулось вверх, как бы торжествуя над людскими стараниями, люди загомонили и закричали, призывая мужиков уходить от опасности, и, наконец, крыша и верхний этаж рухнули под напором пламени. Народ не растерялся. Пока огонь снова не разросся, навалились всем миром и залили, растащили, затоптали горящие останки хозяйского крыла. Кажется, желание Софии всё же исполнилось и пожар победили довольно быстро. Но…

– Леди София, – управляющий и дворецкий подошли одновременно.

– С телами? – заторможено спросила София, невольно стискивая в кулачках нянюшкину шаль. Она отчего-то совершенно обессилела и едва держалась на ногах. Происходящее с трудом доходило до её сознания.

– Предположительно барон и баронесса остались в своей спальне.