Отбор. Двое против всех

Игнаций видел, что дочь прилагает усилия сохранять хотя бы видимость внешнего мира, однако Изабелла не давала ей ни малейшего шанса. Королева ревновала мужа к старшей дочери и исподтишка мелко по-женски пакостила ей. Король всё видел, но мер пока не принимал. Марсе тоже надо учиться жить в любых условиях. Конечно, никакой крупной диверсии против старшей дочери, он бы не допустил, но считал, что тренировка нервов просто необходима.

Саму Изабеллу король изредка одёргивал и предупреждающе наказывал лишением нарядов и праздников.

А чем ещё можно наказать действующую королеву? Разводом? Это была несбыточная мечта, потому что разводы на Амбетлоре, в отличие от Земли, были очень сложны и поэтому крайне редки, так как почти все браки, особенно браки королей, имели магическую основу. Да, он не смог оспорить мнение совета по поводу новой жены, но и полюбить эту женщину тоже так и не смог. Да, какое там полюбить! Просто относиться к королеве с уважением было не за что! Однако и измен со стороны Игнация пока не было. Он занимал себя работой и всё больше отдалялся от жены.

Игнаций вздохнул, возвращаясь в действительность и вслушиваясь в претензии Изабеллы.

– … и я не намерена сидеть в этой глуши ради твоих прихотей, – уловил он последние слова.

– Хорошо! – внезапно согласился король. – Ты тоже едешь в столицу, одна, без детей, но с компаньонкой и охраной. Проверишь состояние нашего столичного замка и отвезёшь моё личное послание императору.

– А ты? – растерялась от такого предложения Изабелла.

Одна она ещё никуда не ездила и тем более не выполняла такие серьёзные поручения.

– А я с сыновьями начну объезд наших границ. Давно пора провести ревизию гарнизонов. Заодно загляну в Гент и проведаю Симону.

Изабелла сразу замолкла. Против прежней королевы, которая когда-то добровольно ушла в монастырь, а ныне стала известной настоятельницей самого крупного монастыря, она не могла сказать и слова. Внутри себя Изабелла ненавидела первую жену короля, потому что Игнаций до сих пор её любил, но Белла умела скрывать свои чувства и научилась выражать почтение по отношению к Симоне.

Правда, она не знала, что её показная вежливость никого не обманывает, и что король прекрасно знает истинное положение дел.

– Как скажешь, дорогой, – склонила она голову. – Тогда я могу собираться?

– Да, иди, дорогая.

Жена вышла, а король вздохнул и придвинул ещё один лист для письма. Теперь уже самому императору.