Отбор 2. Двое на новых рубежах

Катарина частенько заходила к ним на занятия. И тогда дисциплина волшебным образом мгновенно налаживалась, а интерес к рассказу учителя возрастал вновь.

Симона просила Катарину помочь Игнацию с младшими детьми, но женщина действовала не только из долга. Ей понравились мальчишки, и она прикипела к ним сердцем, жалея, что родной матери такие чудесные дети оказались не нужны.

Игнаций этого не знал, но отношение женщины к детям прекрасно видел. Он и сам начал ощущать потребность в постоянном присутствии этой женщины рядом.

Не только за общим столом, не только во дворце, но просто рядом с собой. Он хотел видеть её мягкую улыбку, ловить её одобрительный взгляд, чувствовать тепло её руки…

Наверное, Симона с высоты своих божественных способностей увидела их общее будущее. Но сближение началось не сразу. Изредка Игнаций стал приглашать Катарину на вечерние прогулки в сад. Вначале под предлогом разговоров о работе и детях, а потом без всяких предлогов. Вечерние прогулки вошли в привычку.

Однако они были скромными, без всяких попыток со стороны Игнация соблазнить женщину.

Правда, вскоре один случай подтолкнул их к выяснению отношений.

Раньше во дворце Игнация было много праздных дам. Это повелось ещё со времени Изабеллы. Она любила окружать себя шумной льстивой толпой и устраивать пикники в дубовой роще у озера. Но после её ареста и приезда Катарины, многие дамы покинули дворец. Многие, но не все.

Среди оставшихся особенно выделялась графиня Сесилия Орбан. После ареста Изабеллы она наметила себе место любовницы Игнация как минимум, а как максимум – место жены.

Сесилия сразу поставила себя в оппозицию Катарине. Какая-то там управляющая не должна занимать так много внимания у короля. Графиня начала с новым усердием добиваться расположения Игнация.

Однажды Сесилия, облачившись в полупрозрачный пеньюар, поздним вечером явилась в кабинет Игнация, потому что в спальне его не нашла. Катарина вместе с мажордомом Юрасом как раз закончили ежевечерний доклад за день. Увидев полуодетую Сесилию, оба дружно сделали шаг назад и тихо вышли из кабинета.

Катарина никак не показала, что её задел такой приход графини. Если пришла, значит, рассчитывала на определённый приём. Катарина понимала, что не может упрекать Игнация в чём-либо, но сердцу ведь не прикажешь. Ей стало больно. За три месяца ежедневных встреч, разговоров, обедов, прогулок, она привыкла к королю и позволила себе смотреть на него как на мужчину. Очень привлекательного, очень желанного мужчину.