Рецепт свадебного пудинга

Там вдали показались башни и шпили высокого замка. Издалека он показался тёмным и мрачным, но, когда карета подъехала ближе, Марина увидела, что замок просто строгий, сдержанный, но отнюдь не мрачный.

Кованые ворота усадьбы были распахнуты настежь. Их явно ждали и этим выказывали признание воли герцога. Карета объехала круглую клумбу подъездной аллеи и остановилась напротив крыльца, на верхней ступени которого их ожидал молодой, высокий мужчина очень похожий на герцога. Рядом с ним стояла миловидная девушка примерно его лет, стройная, русоволосая, но не улыбчивая, неприветливая.

Немного в стороне ожидала распоряжений многочисленная прислуга.

«Мы ей сразу не понравились», – сделала вывод Марина, имея в виду спутницу наследника. По знаку неприветливой девушки слуги ринулись к карете, доставая багаж и сразу унося его в замок, а внимание Марины переключилось на наследника герцога.

– Вечер добрый, милорд, – обратился к нему Райли, спрыгивая с коня и подходя к мужчине. – Капитер Торрес прибыл во Фрейфорд, выполнив задание.

Прошу зафиксировать результат.

Себ в это время выпустил из кареты женщин и снял с коня Милли. Вслед за ним они приблизились к крыльцу и встали рядом с Райли.

– Рад видеть тебя, Райли, – наследник, спустившись к ним навстречу, пожал протянутую руку. – Конечно, всё отметим на кристалле, как положено. А это, как я понимаю, моя новая матушка? – насмешливо, но не злобно спросил парень, небрежно мотнув головой в сторону Марины.

– Разрешите представить, лорд Марвин, – моментально исправился Райли.

 – Перед вами леди Мариенна – законная супруга вашего отца и герцога Итона Риверса, сделал капитер нажим на слова «законная супруга».

Можно было по-разному реагировать на явное недружелюбие хозяев: обида, истерика, недовольство, грубость, надменность… Марина решила подыграть и подначить молодого хозяина, перевести всё в шутку и смягчить неприятную ситуацию. Она сделала шаг вперёд и обратилась к наследнику, нарочито изобразив старческое дребезжание голоса:

– Сынок, ты бы проводил матушку в покои.

Видишь, устала с дороги, годы-то не те уже. Целых двадцать пять – не шутка. Не то что тебе – всего двадцать. И сразу хочу предупредить сынок, – добавила Марина властности в голосе. – Вот эта девочка – Милли, – она подтолкнула вперёд девочку, – будет жить со мной. Понятно? – и уставилась на наследника со всем вниманием, приложив руку к уху, как делают глуховатые люди, ожидая ответа.

Сказать, что парень опешил – это ничего не сказать.