За поворотом судьбы

Сама нянька была старой и бежать не могла, поэтому она быстро собрала в узелок еды и денег и отправила девчушку в лес, надеясь, что если из их отряда хоть кто-то выживет, то ребёнка найдут. Она была слабым бытовым магом, но создать пылевую завесу, которая закрыла убегающего ребёнка, смогла. И это единственное, что она успела сделать, сражённая ударом клинка.

Бой затихал. Главарь нападавших обошёл место сражения и собственноручно добил тех раненых, которые не могли сами двигаться. И своих, и чужих.

Остановился перед тяжело дышавшей женщиной. Она привалилась к колесу кареты и молча, непримиримо, смотрела на него.

– Вставайте, госпожа. Вас велено доставить хозяину целой и невредимой.

Женщина повиновалась. Она ещё не знала, кто заказал это чудовищное нападение и какова его цель, но знала, что так просто не сдастся. Ведь она жена герцога Ирвина Рохана. А он учил её побеждать. Она будет бороться и обязательно найдёт возможность сообщить мужу. Пусть враг перебил её сопровождение, но она-то жива.

И глубоко в душе женщина лелеяла надежду, что останется жива и их маленькая дочь. Её умненькая и рассудительная Валентинида, пятилетнее чудо и всеобщая любимица.

Женщина видела краем глаза, что дочь побежала к лесу, укрытая от взглядов пылевой завесой, которую поставила няня. Здесь недалеко была деревня и мать надеялась, что дочку всё равно кто-нибудь найдёт или она сама выйдет к людям. Но она не подавала никакого вида, что с ними в карете был ещё ребёнок, молясь богам, чтобы враги не поняли этого и не отправили за ней погоню.

Девочка же, перебежав придорожную поляну, углубилась в лес. Но далеко зайти не успела: она была перехвачена высокой, сухопарой старухой в тёмных мешковатых штанах и мужской рубахе. Её голова была низко повязана тёмным же платком, который полностью скрывал её лоб и волосы, подчёркивая этим выразительные серые глаза, которые сурово смотрели на мир.

Она прижала девочку к себе и строго велела молчать. Так они и стояли, скрытые густым кустарником, пока на дороге никого не осталось, кроме мёртвых.

Тогда старуха оставила девочку под деревом, шикнув: «Сиди тихо!», а сама ушла на дорогу. Девочка осталась одна, но напуганная всем происходящим, бежать и не пыталась. Она замерла в ямке между корнями высокого дерева, как испуганный зайчонок, и терпеливо ждала суровую бабку, почему-то совсем её не опасаясь.

Старуха вернулась нескоро, но с большим узлом за плечами.