За поворотом судьбы

Поэтому девочка и не заметила, как начала засыпать, и голова её склонилась к бортику брички. Наставница, увидев, что ученица заснула, понятливо усмехнулась и обратилась полностью к управлению лошадью, подгоняя ту и понукая её бежать шустрее.

Но внезапно она почувствовала резкий всплеск магии, дёрнулась и со страхом обернулась назад. Девочка светилась огромным шаром, который охватил её невеликое тело и пульсировал в такт сердцу.

«Сила! В ней проснулась родовая сила! И мага рядом нет. Как же так, девочка, моя?! Что ж так не вовремя-то?!»

Делия суетилась, раскрывая быстро свой саквояж.

Где-то тут была настойка, укрощающая выброс силы. Наконец нужный флакончик оказался у неё в руках. «Помогите, боги, – взмолилась знахарка, – редко прошу вас. Помогите!»

Она осторожно влила зелье девочке и долго наблюдала за ней. Нида по-прежнему была без сознания. И никак не боролась с открывшейся у неё силой. Это было плохо, но надежда ещё оставалась. Но вот тело девочки выгнулось, испуская мощный импульс магии и затихло.

Щёки девочки заалели и она, наконец, открыла глаза.

Старая знахарка заглянула в них и охнула. Глазами ребёнка на неё смотрела взрослая женщина. И она ничего не понимала. И Делия сделала то, что никогда не совершила бы ранее. Она заблокировала память этой новой души, оставив только память, знания и умения Валентиниды. А новая душа пусть привыкает быть Нидой. Неизвестно, кем она была в своём мире, а здесь будет девочкой, воспитанной знахаркой. Потом, когда-нибудь, Делия обязательно расскажет ей правду.

Глава 1.

«Какого чёрта! Господи, как голова раскалывается! Ничего не пойму! Что случилось-то?!» Вопросы короткими вспышками всплывали в голове, но ответа на них не было. Валя чувствовала себя так, будто её перемололи в муку и бросили где-то без сил и памяти.

Она попыталась открыть глаза, но они не послушались. Не хватило сил даже чуть-чуть приподнять веки. «Да, что такое со мной?!» Она попыталась вспомнить, как оказалась в этой ситуации. И опять без результата. Ничего не вспоминалось.

Единственное, что ей сейчас удалось понять: она лежит на чём-то твёрдом, в очень неудобной позе. И, кажется, в помещении, а не на улице. Да ещё рука сильно болит. «Боже мой! Только со мной могло произойти подобное: вечно рассеянная, невнимательная, вся сама в себе! И во что я вляпалась в этот раз?»

Валентина решила сесть, но тело совсем не слушалось. А боль в руке, когда она попыталась на неё опереться, стала совсем нестерпимой. Валя застонала.