Пограничное поместье

 – Определить назначение, состав и автора. Срочно! Лаборатория готова.

Маг и зельевар переглянулись, понятливо хмыкнули и, захватив неизвестное зелье, ушли в лабораторию. Оба бывали в этом поместье уже не раз, и оба знали, где что находится. А также оба понимали, что в таком взвинченном состоянии герцогу лучше не противоречить, надо просто быстро выполнить его задание.

Эрик с минуту посидел в пустом кабинете, но, понимая, что не успокоится пока не узнает правду, быстро покинул кабинет и спустился к друзьям в лабораторию.

– Ну?! – нетерпеливо воскликнул он, едва переступил порог.

– Ты слишком торопишься, Эрик, – миролюбиво заметил зельевар. – Пока я только определил, что это приворот. Делала его ведьма. Но она сделала только основу. Наговор делал другой человек. Сейчас Торин это определяет. А я, с твоего разрешения, займусь составом и это надолго. Так что не отвлекай меня.

– Хорошо, – буркнул герцог и теперь настойчиво сверлил взглядом затылок друга.

– Не нервируй меня, Эрик. А то ошибусь, – не оборачиваясь заметил Торин, продолжая крутить пассы вокруг колбочки.

Небольшое количество зелья уже отлил для работы Ольтен, но и того, что осталось Торину вполне хватало, чтобы определить исполнителя наговора.

… ("Наговор" – от слова "наговорить", то есть сделать что-то против воли. Наговор используется в черной магии, чтобы наговорить беду. "Заговор" чаще всего используется в белой и серой магии. Заговор используют целители, чтобы заговорить различные болезни, хвори и т.д.

)

– Это женщина. Молодая… не маг… злобная… любит деньги…, – не открывая глаз с паузами говорил друг.

А герцог с каждым словом мрачнел всё больше. Не так уж много женщин в поместье, чтобы не понять, кто это: молодая и не маг. Но насчёт злобной и корыстной герцог был не согласен. За всё время, что он знаком с Уной, она показывала себя с самой лучшей стороны. И сейчас Эрик не готов был сразу поверить в её преступление. А приворот – это преступление, причём тяжкое. Это лишение человека воли и свободы действия.

Но Эрик ничего подобного у себя не чувствовал: ни потери воли, ни потери свободы действия. Всё, что он делал и желал, он делал и желал по своему хотению. Поэтому и слушал сейчас друга с раздражением.

– Нет, больше не вижу, – отстранился Торин от стола с колбой. – Затёрто, перекрыто светлой магией. Больше ничего сказать не могу. Дальше сам узнавай.

– Понял тебя, – недовольно скривился герцог и крикнул в приоткрытую дверь лаборатории Берту.