Дом древнего моллюска

Он вошел в информационные базы «Антарагона» и методично, по порядку задал вопросы о том, какой именно пассажир не может быть обнаружен ни единой системой центра управления? Информационные базы «Антарагона» проанализировали вопросы и выдали ответ: «Мертвый». Гейс несколько озадачился и ввел вопрос-уточнение: «Имеется в виду – искусственный»? На что система незамедлительно ответила: «Имеется в виду – мертвый. «Мертвым» называется биологическое существо, полностью и окончательно утратившее все свои жизненные функции».

И следом система выдала строку: «На борту находится мертвое тело? Связаться с ближайшей станцией для выяснения причин смерти и захоронения»? Гейс поспешно ввел: «Нет» и отключился от информационной базы. На душе сделалось совсем грустно. В следующее мгновение система сообщила, что в кабину кто-то вошел и Гейс резко обернулся. Это был Мантий-Мукаделис, но хотя он и отображался по всем корабельным правилам, Гейс уже не мог расслабиться.

– Прошу прощения, что отвлекаю вас от управления прекраснейшим кораблем, – произнес сиятельный отец, – но я хотел бы спросить, не желаете ли покушать с нами?

Гейс не желал, но поинтересовался:

– А где вы собираетесь кушать?

– В нашей каюте, мы заселились в двухместную.

Не очень мы приветствуем корабельную пищу, поэтому кое-что взяли с собой из монастыря. Просим вас разделить нашу трапезу.

– Хорошо, с удовольствием, только мне нужна пара минут, чтобы выставить кое-какие режимы, – Гейс сделал вид, что возится с переключателями.

 – Вы не посидите со мной, пока закончу?

– Да, да, конечно.

Мантий-Мукаделис подошел к пульту управления и присел в соседнее кресло, где недавно сидел брат.

– У вас, должно быть, в монастыре очень интересно? – Гейс не смотрел на священника, усердно симулируя кипучую деятельность.

– Не очень, – ответил Мантий-Мукаделис и замолчал.

– Как так? – немного удивился Гейс. – Совсем не интересно?

– Совсем.

Гейс поднял взгляд, не понимая, шутит отец или нет. Его лицо было серьезно, смотрел священник в обзорный иллюминатор.

Почувствовав взгляд пилота, он отвлекся от созерцания панорамы за бортом корабля и посмотрел на Гейса:

– Дорогой мой, подумайте сами, что может быть интересного в монастыре?

«Например, брат Эхатештамп!» – подумал Гейс и произнес вслух:

– Но если в монастырь уходят, значит, там есть какой-то интерес?

– Само понятие «монастырь» трудновато рассматривать в контексте «интересно – не интересно».