Дом древнего моллюска

Узкое смуглое лицо с карими глазами, ровным носом, острым подбородком и тонкогубым ртом. Определить цвет его коротко остриженных волос было невозможно из-за покрывающей их слизи.

– Ты что ж такое творишь, Нело? – Гейс переложил парализатор в другую руку. – Вон чего с братом Эхатештампом сделал, потом на дедушку напал…

– Ничего я с этим братом не делал! – зло огрызнулся Нело. – Когда я на него наткнулся, он уже помер!

– Как помер?! – всплеснул руками Мантий-Мукаделис. – Ах, бедный, бедный брат! Все-таки довела его легочная болезнь, не смог он исцелиться! И где же ты его нашел, Нело?

– В лесочке, недалеко от забора вашего монастыря, – Нело поднялся на ноги и принялся обтираться дальше.

– А зачем ты устроил такое… такое… вот, – Гейс указал парализатором на то, что осталось от брата. – Как ты вообще умудрился такое с телом сотворить?

– Это не тело! То есть, оно ненастоящее, это искусственный слепок! Я что, больной – таскать на себе чей-то труп?!

– Мы пока еще не знаем, больной ты или здоровый.

А в чем смысл подобной маскировки? Ты не мог просто так уехать на Оксент?

– Не мог! – снова огрызнулся Нело. – Слушайте, отстаньте от меня! Мне нужно вымыться, эта штука подсыхает и сильно щиплет кожу!

– Глядите-ка! – хмыкнул Гейс. – Он хочет, чтобы мы от него отстали!

– Ему и впрямь следует вымыться, – сжалился Мантий-Мукаделис. – А потом Нело всё поведает в подробностях. Правда, Нело?

– Поведаю, – сердито буркнул он.

Развернувшись, парень пошел прочь из кабины, то и дело поскальзываясь на белой субстанции.

– Шли бы вы присмотреть за ним, – обратился Гейс к Мантий-Мукаделису, – а я организую уборку, а то вниз страшно посмотреть.

– Пожалуй, это верное решение, – кивнул старик.

Отец поспешил за Нело. Гейс проводил его взглядом, вздохнул и пошел к пульту вызывать механических уборщиков.

Глава шестая

Пол кабины управления сверкал чистотой, когда вернулись Мантий-Мукаделис с отмытым и переодетым Нело.

Наконец-то появилась возможность увидеть его волосы: жесткие, мелко вьющиеся черные пряди, зачесанные назад, открывали упрямый выпуклый лоб, чуть оттопыренные уши довершали новоявленную картину. Выглядел Нело сумрачно, священник же казался порядочно взволнованным.

– Он ничего вам плохого не сделал? – на всякий случай спросил Гейс.

– Нет, что ты! – всплеснул руками Мантий-Мукаделис.