Страна непуганых невест

– Ну-у-у… – вздохнув, промямлил Толик, – вам адреса или просто фамилии?

– Всё!

Тайка тут же извлекла из сумки истрепанный блокнотик и огрызок карандаша, – тоже мне банковский работник. Толик покосился на это хозяйство, потом завел глаза кверху и принялся вспоминать.

– Домработницу зовут Малкова Нина Григорьевна, – и продиктовал телефон. – Водитель Горбачев Михаил Сергеевич…

– Чего? – изумилась Тайка. – Прямо Сам?

– Тезка, – и Толик снова продиктовал телефон, Тая добросовестно записала.

Увидев, как наши зрачки изогнулись вопросительными знаками, пояснил:

– Весь персонал наших жильцов записан в специальной тетради, их паспортные данные и домашние телефоны.

– Вот оно как… – задумчиво пробормотала подруга, что-то там конспектируя. – А посетителей в специальной тетради не регистрируете?

– Нет, конечно.

И он собрался дезертировать в подошедший поезд.

– А вас там всего два охранника? – Тая успела вцепиться в его рукав.

– Три, дежурим сутки через двое.

Он вырвался и был таков.

– Что б тебе жена негритенка Гиви родила, – пожелал Тайка ему вслед.

– Ладно тебе, он же нам все сказал.

– Да, но как все это неприятно звучало!

Мы вышли из метро и направились к ближайшему таксофону. Я набрала номер домработницы и практически сразу договорилась с Ниной Григорьевной о встрече, представившись журналисткой. Записав адрес, я удовлетворенно улыбнулась:

– Едем в Печатники, дорогая.

– Слушай, дела идут, прямо загляденье! Она без скрипа согласилась?

– Напротив, с большой энтузиазмой, видать не каждый день ее журналисты вниманием балуют.

Старую серую девятиэтажку Нины Григорьевны нашли почти сразу, благо от метро оказалось не далеко. Таиска то и дело посматривала на часы, опасаясь опоздать на свиданку к Шведову. Я успокаивала, уверяя, что долго не засидимся, и к принцу Александру она успеет, пусть только не надеется, что он ее различит на фоне театра Маяковского и пригласит к себе в апартаменты на кружку «Дона Периньона».

Нина Григорьевна оказавшаяся премилой дамой лет шестидесяти, очень похожей на учительницу литературы, встретила нас радушно. Даже слишком. На кухне был накрыт стол с бутылочкой вина, на хозяйке красовался явно новый парадно выходной халат с расцветкой под «хохлому». Мы заважничали, ощутив себя крупными птицами высокого журналистского полета, и уселись за стол.