Демон ревности

– Вас? Лучше для вас?

Она же порвет просто эту наглую тварь! Предлагает денег, чтобы Кира убралась из города и не путалась под ногами?! Чтобы не попадалась им на глаза? Особенно Илье? Он-то, интересно, в курсе?

– Кира, не надо загонять себя в угол. Вы молодая красивая женщина, – не очень уверенно произнесла Катерина комплимент в ее адрес. – Вы можете начать новую жизнь. А с моими деньгами…

– И что с ними?

– С моими деньгами все будет гораздо проще! И Илью забыть, и построить свое счастье. Решайтесь, Кира.

Кира резко поднялась с дивана и принялась искать предмет потяжелее, которым можно было бы запустить в наглую красивую морду соперницы. Потом сообразила, что ее здесь нет. Что для наказания необходимо присутствие. И решилась.

– Хорошо, давайте встретимся и все обсудим. Только возьмите сразу чековую книжку, дорогая.

Левая щека Киры задергалась вместе с веком, она перепугано прижала ее ладонью.

– Отлично! – обрадовалась молодая дурочка. – Давайте сегодня в восемнадцать ноль-ноль.

Идет? Вас устраивает время?

Кира прикинула. До вылета после восемнадцати ноль-ноль у нее оставался приличный запас времени.

– Да. Мне приехать к вам в тот дом?

– Нет-нет, что вы! – Катерина слабо хихикнула. – Давайте на нейтральной территории. У меня на Рябиновой улице есть квартира. Удобнее там.

– Хорошо, диктуйте точный адрес.

Все именно так и было. Это она помнит. Что произошло дальше?

Кира снова зажмурилась, все еще ощущая странную невесомость во всем теле.

Что произошло дальше?

Она отключила в своей квартире все электроприборы, перекрыла воду, выключила холодильник. Там все равно было пусто. Взяла дорожную сумку, свою сумочку, вызвала такси и через несколько минут вышла на улицу. Продрогла, пока дожидалась машину. Ветер растрепал прическу, хотя она старательно укладывала волосы. Разметал полы ее легкого пальто на одной пуговице, она его специально надела. Пальто было стильным, красивым, почти белым. Оказалось не по погоде.

Ветер выстудил саму душу, кажется. В довершение, когда она приехала на Рябиновую, пошел дождь. И пока Кира маршировала с сумками от такси до подъезда, макияж, над которым она тщательно трудилась, превратился в неряшливые мазки под глазами. О прическе было лучше не думать.

– Можно я оставлю сумку минут на десять? – спросила она у консьержа, дремавшего за стеклянной перегородкой с дежурной газетой в руках. – Я к подруге на минуту. Туда и сразу обратно.