Длинная тень греха

Хабаров же признался ей, что не выдержал и ударил Марину по щеке, когда она обозвала его дрянью…

Из-под плинтуса нещадно дуло, и голые ноги тут же озябли. Олеся поежилась, натянув пониже на бедра длинный свитер, и вернулась на диван. Осторожно присела и, склонив голову к плечу, со странной улыбкой уставилась на свое новое приобретение.

Хабаров – это было круто! Это было, как случайный порог на капризной горной реке, которого не ждешь и о котором никто никогда не говорил с тобой. Как боязнь бездны перед прыжком.

Он был совсем-совсем взрослый, красивый, не по-сегодняшнему правильный и интригующе загадочный. Олесе это нравилось, это ее волновало, и этого она давно ждала.

Хабаров спал, болезненно сведя четкой формы брови к переносице. Сильные руки безвольно раскинуты, ноги, наоборот, поджаты и напружинены, будто перед прыжком. Он еле сумел раздеться. Если бы не ее помощь, так и путался бы в ремне и новой застревающей молнии на джинсах. И голову бы ни за что не протиснул бы в тугое горло свитера, если бы не она.

И еще он все время повторял, что хочет ее. Очень сильно хочет.

Его рука вдруг потянулась к ней, пошарила по диванному пледу, поймала за свитер и с силой потащила на себя.

– Ложись, детка, поспим немного. Ложись… Все будет хорошо!

Глава 4

– Нет, ну ты, Владюха, даешь! – Андрюха Анохин глядел на своего друга со смесью восхищения и недоверия одновременно. – И что теперь? Что станешь делать?

– Да ничего! Ничего я не стану теперь делать!

Признаваться другу в том, что трусливо бежал, пока Олеся мылась в ванной, он не стал.

Рассказал просто о случайной встрече, не вдаваясь в подробности. Кивнул утвердительно на его вопрос: переспал ли он с ней. И все. Больше ничего не озвучил, никаких подробностей.

Хабаров болезненно сморщился от стука захлопнувшейся гаражной двери, куда он притащился под самый финал рабочего дня. Голова трещала так, будто ее кто-то час обрабатывал тяжеленной кувалдой. Плющил и снова возвращал ей первоначальную форму.

Потом снова плющил и снова возвращал…

– Уехать мне надо. На дачу к тебе поеду. Не к тебе, к Соньке. Отвезешь? – Влад с благодарностью принял из рук друга банку пива и, щелкнув пробкой, тут же принялся пить жадными глотками. – Мне-то теперь за руль нельзя! Какой из меня наездник…

– Отвезу. Чего не отвезти. – Анохин наморщил лоб, задумавшись, а потом как ляпнет: – А, может, тебя туда с твоей Олеськой и отправить? А чё! Вдвоем вам там будет веселее.