Позови ее по имени

На пороге квартиры ее взгляд зацепился за брызги крови, рассеянные по стенам прихожей ее матери, и все – темнота. На этом конец. Она впала в кому.

В беспамятстве она пробыла больше недели. За это время она потеряла ребенка, о котором никто до этого дня, кроме нее, не знал. Даже мама. Без нее ее похоронили. Нагрянули какие-то двоюродные тетки, дядьки, кузены, которых Даша всегда считала охламонами. Родственники посовещались и сочли, что негоже держать тело без положенного погребения. Мало ли! Может, Дарья так и не очнется! И сойдет следом за матерью.

Она очнулась. И тайно сказала им спасибо за то, что они так решили. Похороны она бы точно не пережила.

После того как она пришла в себя, ее еще десять дней продержали в больнице. Лечили лекарствами, разговорами с психологом, диетическим питанием, норовившим выскочить обратно. Выписали как-то вдруг и сразу. Пришел доктор под вечер и сказал, что она может идти домой.

– Прямо сейчас? – она приподнялась на локтях на кровати.

– Да.

– А выписка? А больничный лист? – Она же знала порядки. – Печать и все такое?

– Я все приготовил еще с утра. Правда, немного сомневался. Наблюдал вас день. Вы в порядке. Собирайтесь. Вас встречают.

Сердце ёкнуло и забилось. Во рту сделалось сухо-сухо. А глазам горячо-горячо.

Зайцев! Это точно он! Потому и продержали ее до самого вечера, не отпустили днем. Чтобы он мог ее забрать сам, задать несколько вопросов и сообщить, что им больше нельзя встречаться. Что и так уже слухи поползли, когда узнали, что она была беременна.

Даша медленно натянула джинсы, поразившись, с какой легкостью они сошлись на талии. Ей сообщал медперсонал, что она сбросила пять килограммов за время пребывания на больничной койке. Ругали за то, что она почти ничего не ест. Они просто не знали, что она вошла в весовую норму, потеряв ребенка. Она набрала вес, потому что ела как не в себя последний месяц.

Надела джемпер, самый свой нелюбимый – коричневым ромбиком. Интересно, кто догадался его принести? Зайцев его тоже терпеть не мог.

Ее встречал не Зайцев. Глупо было думать так. Он бы не посмел так светиться. Идиотка!

Ее встречал двоюродный брат Гришка, один из двух охламонов, взявших на себя смелость похоронить тетку в отсутствие дочери.

Он стоял на улице у входа. Даша едва не споткнулась об него, выходя из дверей.