Простить нельзя помиловать

– И нигде она не числится пропавшей?

– Нет, товарищ подполковник.

– И? – Он перегнулся через стол, внимательно осмотрел молодого коллегу. – Какие мысли тебя посещают на этот счет, старлей?

– Что у нас очередной «висяк», товарищ подполковник, – исподлобья глядя на начальника, ответил Хромов.

– И что же, ни единой мысли? Ни единой версии? Ну же, старлей, попробуй пофантазировать. Откуда у погибшей вещи пропавшей три с лишним года назад Белозеровой? Она что, ее – ограбила? Или Мария ей эти вещи подарила? А сама…

– Сбежала от Полякова? – кивнув, согласился Хромов.

 – Может и такое быть. Я бы и сам от него сбежал. Больно он нудный.

– Продолжай, – потребовал Звягин.

– Три с половиной года назад я опрашивал ее подруг и друзей, – начал вспоминать Сергей. – Никто не характеризовал ее так, как Поляков. Все их описания шли вразрез с его словами.

– Ну, ну, дальше, – подбодрил его подполковник.

Ему надо было выслушать Хромова, поскольку – стыдно признаться – в его лысеющей голове ни единой мысли не было.

Он вообще не знал, как подступиться к этому делу.

Белозерова пропала три с половиной года назад. Поляков активно ее искал полтора года. Потом внезапно сошелся с красавицей Татьяной Игумновой, проживавшей на тот момент по соседству. С неким Федором Нагорновым, человеком обеспеченным и, как его охарактеризовал Хромов, весьма противным. Нагорнов, судя по сведениям, уход Татьяны сильно переживал. И наверняка Полякову этого не простил.

Ах, если бы Татьяна ушла от него к Полякову именно три с половиной года назад! Как бы это упростило задачу.

Тогда бы все сошлось. Нагорнов не пережил предательства и отомстил Полякову, убив Марию Белозерову. Труп надежно спрятал, предварительно раздев. А вещи…

Да мало ли куда он мог их подевать! Выбросил, подарил какой-нибудь бродяжке. А та, в свою очередь, попала в скверную историю. И тело ее было найдено вот буквально на днях.

Вот запросто можно было бы взять эту версию за рабочую. Но…

Но Татьяна не ушла от него три с половиной года назад.

Она ушла от него спустя полтора года после исчезновения Белозеровой. И поэтому притянуть Нагорнова к исчезновению Белозеровой невозможно. Он даже не знал ее. Так он сказал Хромову. И еще сказал, что все его женщины уходили от него на своих ногах. Ни на одну из них он ни разу не поднял руки.

Найденная «потеряшка» получила удар сокрушительной силы. И это сто процентов был удар чем-то тяжелым. Женщина нанести его не смогла бы. Так уверил его эксперт.