Псевдоним украденной жизни

– И от чего она его спасала? – Его рот все еще недоверчиво кривился.

– От сердечного приступа.

Тут Алла не соврала ни грамма. Тоня рассказала ей: Иван Сергеевич так перепугался за внука, что едва стоял на ногах.

– Да, да, все так. Не сомневайся.

– Черт!

Сашка швырнул дорожную сумку на бетонный пол лестничной клетки и нервно заходил по ней.

– Вас ведь Алла зовут? – глянул он исподлобья.

– Так точно.

– А по отчеству?

– Ох, Господи! – Она закатила глаза и покосилась на свои мощные колени, обтянутые пижамными брюками.

 – Толстая, Александр, не значит старая. Просто Алла. И можно на «ты».

– Угу… – Он встал в центре их лестничной площадки и задумался.

– Слушай, а ты чаю хочешь? С тортом? – неожиданно нашлась она. – Вижу, хочешь. Входи. Мне нельзя, а тебе можно. На твои кости жир никогда не нарастет. Одно слово: порода.

Он дернулся, словно она его хлестнула. Потоптался и глянул так, словно видел ее впервые.

– А что вы знаете о моей породе?

– Я-то?.. – Она осмотрела его с головы до ног и покивала.

 – Я знаю все! Или почти все. Входи, пока я не передумала.

Он вошел, разулся. От тапочек, которые она держала в огромном количестве для гостей, отказался и пошел на кухню в носках. Осмотрел коробку с тортом, которую она вернула с балкона на стол.

– Классный торт. Я пробовал. А вы чего же? На диете?

– Пытаюсь.

Несчастными глазами она наблюдала за тем, как он отрезает одну шестую от бисквитного круга и кладет себе на тарелку. Прокатала в голове сразу несколько вариантов себе в оправдание: от «а что такого от одного куска случится» до «ничем уже фигуру не испортить, даже этой сладкой высококалорийной отравой».

И уже тарелку себе достала и ложечку, но неожиданно встала как вкопанная.

– Правильное решение, – вдруг похвалил сосед, угадав ее настроение. – Сила воли у вас, я скажу…

На самом деле силы воли у нее не было ни на грош. Была бы, она выглядела бы как Светка: с плоским животом, маленькой попкой и стройными худыми ногами. Если бы у нее была сила воли, она бы вечером не чипсы перед телевизором точила, а по стадиону металась.

Или хотя бы гуляла по улице туда-сюда.

– Ты сильно обиделся на деда? Настолько, что решил уйти из дома и оставить его одного… Умирать!

– Почему сразу умирать! – взвился парень.

– А чем ему еще заниматься, если ты его бросишь? Только смерти ждать. – Она медленно тянула ледяную воду из высокого стакана. – А на что обиделся?

– Он мне соврал! И он и бабушка.