С первого взгляда

 – Когда Ванька начал со Стасом тебя оттаскивать от ее двери, ты заорал, что убьешь ее.

– Не-е-ет! – Он медленно покачал головой, потом начал мотать ею все сильнее и яростнее, зажмурился и прокричал несколько раз: – Нет… Нет, Сашка, нет!!! Что бы вы ни придумали для себя… Для меня… За меня… Это не может быть правдой!!! У меня и сил-то не было.

– Да, твоих сил хватило на то, чтобы скинуть с руки Стаса и влепить в глаз Ваньке. Он теперь с синяком.

Они замолчали. Саша заполняла повисшую паузу тихими всхлипываниями.

Антон пытался все снова прокрутить в голове, переосмыслить и взвесить. С горем пополам, но вышло. И то, что вышло, никуда не годилось.

– Все очень плохо, да, Саш? – чуть толкнул он ее в бок.

– Хуже некуда! Врачи уже тут, ждут милицию.

– Кто ее обнаружил? В смысле… тело?!

Называть свою бывшую жену, на которую возлагал огромные надежды, телом, было невыносимо.

– Обнаружила Лена. Сначала не поняла или опешила просто. Начала расталкивать ее.

Звать по имени. Прибежал заспанный Ванька, оттащил ее, попытался искусственное дыхание делать, но… – Саша вздрогнула, отпрянув от Антона. – Но ремень так затянут, что даже снять его не смогли.

– Этого нельзя делать до приезда милиции, – апатично напомнил Антон, его тоже начало трясти. – Ленка-то чего так визжит?

– А она, как до нее дошло все, взвизгнула от испуга, так потом и зашлась… Истерика. Врачи сейчас с ней занимаются. Скоро прибудет милиция.

Антоша… Милый Антоша…

Она выпрямилась, будто собиралась декламировать стихотворение. Насколько он помнил, Сашка всегда так выгибала спину у доски в школе. Это было для нее важно – осанка.

– Милый Антоша… – начала она снова и запнулась. – Господи, я даже не знаю, что им следует говорить, а чего нет!!! Любое наше слово может навредить. А там… – Саша указала рукой на дверь. – Говорить просто не с кем!

– В каком смысле?

Он почти не слушал и не понимал ее.

То страшное, что случилось минувшей ночью в этом доме, могло ведь быть творением его рук, так?! Он орал, что убьет Алку за то, что она его выставила из спальни? Орал… Бесновался потом и Ваньке синяк под глаз поставил, и к этому синяку милиция непременно придерется, даже если Ванька правды не захочет сказать.

Но как он мог, если это он?

Антон посмотрел на свои руки. Да, костяшки правой руки побаливали, кожа была содрана.