Искусы Эроса. Бэт и Лис. Повести

И полдень стройный, как полет стрелы,

И облаков вселенское величье,

И бескорыстность страждущей пчелы,

И безыскусность этой песни птичьей…

Да, конечно, его мироощущение было глубоко поэтическим, поэтому и меня воспринимал как образ, временное вдохновение, а я, если и не понимала этого, то чувствовала… Чувствовала и боялась, но всё же…

Ну вот, а ты бубнила: зачем, мол, эти записки?

Привет, Ядвочка! Что-то давно не заглядывала… Да, бубнила, но вот…

А теперь даже у моря сидишь со своей консервацией, вместо того, чтобы…

Но зато как же ярко вспыхнуло то, что могло навсегда кануть в Лету! Нет, схватывать и удерживать мгновения жизни это… Это здорово.

Линка только что пришла с «мероприятия»

– Кажется, эта наша поездка просто нелепость.

Да-а, что-то случилось. Не только волосы её взлохмачены, но и сама. Спросить в чем дело? Нет, пусть сама скажет… если захочет.

– Может, и нелепость, – улыбаюсь.

– Вот моя соседка-домоседка Меньковская сказала как-то, что без «своих» и дня прожить не может, а я…

– А ты уезжаешь от своих искать чего-то, где-то…

– Ага.

Чего-то, где-то. Правда, спросила как-то Антона: «Старик, это плохо, что иногда бросаю вас?» А он лишь усмехнулся: «Да нет…»

– Вот видишь, а ты…

– А что я? Если б отвечал так же и на мой вопрос: ты обидишься если не приду к тебе и завтра, и послезавтра?

– Да забудь ты об Антоне хоть на несколько дней! Что, и на «мероприятии» ничего не отвлекло от него? – попыталась слегка подтолкнуть к тому, чтобы поделилась впечатлениями.

И удалось. Она с бросила своё нарядное платье, стёрла с губ помаду, бухнулась на кровать:

– Отвлекло. Пристал один. Высокий, вроде бы даже и красивый. – Помолчала, словно заново оценивая его красоту. – Приглашал в ресторан, обещал манну небесную.

– И польстилась… на манну?

– Да нужна она мне! – фыркнула в потолок.

– Что так? – уже и рассмеялась. – Ведь не только манна, но и красивый, высокий, так что подумай, может и…

– Что «и»? – хлопнула ладонями по пледу: – Что может быть между мной и им, если у меня не только Антон, но и дети.

 – И, отвернувшись к стене пробурчала: – Разве смогу бросить их?

Нет, мои смешки пришлись ни к месту и ни ко времени, надо замолчать.

В дневник

«Что за блаженство сидеть на балконе, подставив себя солнцу и слушать шум моря! Как же дурманяще пахнет потревоженной зеленью, дымком костра, землей… Закрыть глаза и только слушать? Ага.