Коллекция недоразумений. Угол отражения

Это следовало срочно исправить, и начался заранее запланированный пир. Вначале благопристойный, с деликатесами и тостами, он, впрочем, быстро перешел в хулиганский формат: пиво и коньяк начали употребляться вперемежку, а потом попросту стали смешиваться на манер убойных флотских коктейлей.

Первым отключился Владислав, так до последнего и не пожелавший признаться в том, что устал и от дороги, и от некоторого трепета перед местными правилами и дорожными полицейскими – правда, скорее воображаемыми, потому что никаких признаков их существования в польской природе путешественникам обнаружить не удалось.

Дольше всех держался Игорь. Под конец он даже сумел выбраться на свет божий и немного погулять перед сном, но отходить далеко от «кэмпера» не рискнул, не будучи вполне уверенным в своей способности найти обратную дорогу. В конце концов он, повоевав некоторое время с автомобильной дверью, все же ухитрился вернуться на базу и, не мудрствуя лукаво, улегся поверх недвижных тел Саввы и Артема, разместившихся поперек двуспальной койки.

17 сентября 2014 г., трасса Брест-Берлин

…Артем с трудом продрал глаза, с еще большим трудом поднял пудовую голову, поморщился и огляделся. Где-то в ногах смачно храпел Игорь. Савва закатился в самый угол комнаты (или внутреннее пространство «кэмпера» следовало именовать кабиной?) и посапывал там сладко, как набегавшийся за день малыш. Владислав скорчился на краю кровати, непонятно как удерживая на весу большую половину тела.

Голова упала на подушку, вызвав общее возмущение в измученном бурной ночью организме.

Артем с горя попытался было снова заснуть, но природа не позволила: явно требовалось встать и поскорее добраться до туалета.

После умывания несколько полегчало, хотя вид троих продолжавших безмятежно дрыхнуть мужиков вызывал сильное раздражение. Артем решил проветриться и выбрался наружу.

Он немного побродил вокруг «кэмпера», стараясь собрать воедино изрядно потрепанную картину мира. Когда все ее фрагменты наконец-то встали на место, он даже затряс головой, силясь осознать увиденное.

Зажмурился. Открыл глаза. Ничего не изменилось.

Артем рванул обратно в «кэмпер» и прямо с порога заорал:

– Мужики, подъем!

Никто не пошевелился, только затих Саввин храп.

– Подъем, я говорю!

В углу неуверенно поднялась встрепанная голова Игоря, осипшим голосом спросившая:

– Чего орешь?

– Вставай давай! Сам увидишь.

Владислав заерзал на своем краю койки, немедленно потерял равновесие и свалился на пол.